— Точно не могу сказать. Возможно, что-то связанное с гравитационными волнами, — предположил он, — тут явно нет никаких признаков чего-то реактивного. Значит, остаются волновые технологии.

— Логично, — ответил Захар.

Они продолжали движение. Через пару километров «стержни» начали истончаться, пока не превратились в тонкие прутья толщиной с человеческую стопу. Двигаться стало не так удобно — но опасения Гордея относительно того, что «двигательный» отсек мог быть изолирован от остальных помещений объекта не подтвердилось

«Стержни» упирались в конструкцию, напоминающую ячейки сот. Сами ячейки представляли собой неправильные многоугольники с разным количеством углов. Их размер варьировался от пары десятков сантиметров до десяти метров, по прикидкам Гордея. Человек в такие ячейки мог легко пройти, даже в скафандре.

— Постой, — сказал Захар, когда они вплотную приблизились к ячейкам, — тут может что-то быть. Надо замеры провести.

Он достал из набедренного контейнера магнитный датчик и счётчик Гейгера, поместил приборы на телескопический щуп и медленно двинул его в сторону ближайшей ячейки.

— Фон немного повышен, — прокомментировал он показания, — но не критически. Магнитное поле тут есть, но тоже слабенькое.

— Интересно, откуда… — подумал вслух Гордей.

— Я двигаю дальше, — сказал Захар, — ты контролируй обстановку. Если всё нормально — продвигаемся.

— Добро, — кивнул Гордей.

Захар нырнул в ближайшую крупную ячейку. Посветил нашлемным фонарём вглубь помещения. Там, на расстоянии около пятидесяти метров, виднелось что-то вроде огромного чёрного кристалла с острыми гранями, которые отливали радужным блеском, который наводил Гордея на мысли о рефракции. «Кристалл» был метров тридцать в диаметре, и оказался не единственным — похожие образования виднелись со всех сторон.

— Всё в норме? — спросил он.

— Да. Двигаемся дальше, — ответил Захар.

Гордей собирался уже вслед за напарником нырнуть в ячейку, как в шлемофоне, сквозь шипение помех, послышалось:

— Дв… огр… на… уле…

— Стоп, — сказал Гордей, — ты слышал?

— Что? — переспросил Захар.

— Похоже, Берта вызывает. А мы вышли из зоны приёма. Тут сильные помехи.

— Ясно. Возвращаемся, — сказал Захар, включая реактивный двигатель на ранце.

— Берта, приём, — вызывал Гордей, — нас слышно?

— Гр… дв…

Он тоже активировал свой ранец, чтобы двигаться быстрее.

— Группа один, на связь, — наконец, пробилось сквозь помехи отчётливо. Голос Берты был необычно взволнованным.

— На связи, — ответил Гордей.

— Немедленный возврат, — с облегчением сказала Берта, — к объекту по возможности не прикасаться, образцы не брать.

— Что случилось? — вмешался Захар.

— Нашу систему пытались атаковать, — ответила Берта, — внешний контур навигационного компьютера вырубился по протоколу. Кажется, успели, тройное резервирование сработало. Сейчас система изолирована и дезактивирована.