– Сейчас все будет к твоим ногам, – заверил он ее.

Настя же даже почувствовала, как ее сердце принялось постепенно размораживаться. Его руки казались сильными и надежными, а голос лился просто музыкой. Поэтому, когда Петр внес ее на руках в прихожую, первым неприятным моментом для нее оказалась совсем юная и очень красивая девушка в коротких шортах и облегающей маечке, встретившая их на пороге с недовольным и удивленным выражением.

– Привет… – икнула девушка.

– Здравствуй, Светик, вот и я… Расступись, пожалуйста, освободи мне место, – ответил ей Петр, чем подтвердил неприятную догадку Насти, что он знает эту юную особу.

Настя себя почувствовала просто полной дурой, глупо поздоровавшись с хозяйкой дома, по всей видимости.

– Кто это? – задала весьма правомерный вопрос девушка.

– Я все потом объясню… – уже тяжело дышал Петр, опуская свою ношу на мягкий, удобный диванчик.

– Чего ты объяснишь?! С ума сошел?! Входишь в дом с какими-то девками на руках! То есть изменять ты мне уже стал открыто, не стесняясь и не таясь! – закричала девушка, и Настя поморщилась. Как же она устала от каких-то шумов и криков за последнее время. А здесь начиналось все заново.

– Света, помолчи, ты не знаешь, о чем говоришь! Все совсем не так, как ты подумала! – попытался остудить ее пыл Петр.

– Бабник! Негодяй! – Девушка прыгнула на него словно лань, а ногтями стала драть, словно дикая кошка.

Петр легко скрутил ее руки и толкнул на соседний диван, Настя на все это смотрела расширившимися от ужаса глазами.

«Вот ведь идиот… Додумался притащить меня в дом, не предупредив жену! А меня-то поставил в какое идиотское положение? Просто кошмар! А я тоже губу раскатала… Разве такой мужчина может быть одинок? Какая же стыдобища! Я еще что-то говорила об изнасиловании…» – думала Настя, еще не способная принять твердую позу, хорошо усесться на диване.

Ее все время клонило в сторону, словно пьяную «неваляшку». У девушки же приступ агрессии закончился, и начался период тихого плакания и жалости самой к себе.

– Света, эта девушка – официантка, куда я зашел перекусить, – «гундосил» Петр.

– Очень приятно! Опуститься до официанток, хотя секретаршами ты уже давно не пренебрегал. Кто будет следующий? Гардеробщица? Дворник? Посудомойка?

– Света, ты оскорбляешь человека!

«Да мне-то что… она оскорбляет людей этой специальности. Видимо, жизнь ее не била, раз ей не пришлось работать посудомойкой. Хотя такая фифа сразу же бы пошла лучше в проститутки».

– И давно ты официанток стал приносить к себе домой? – негодовала Света, испепеляя его взглядом и не обращая никакого внимания на Настю, словно она была пустым местом.

Ее это задело, и она решила обратить на себя внимание.

– Нет, официантку он притащил к себе домой только сегодня для его обслуживания в постели. Сама понимаешь, кофе в постель… и все такое… хоть какое-то разнообразие в суровые будни.

– То-то я смотрю, ты уже все прилечь норовишь! Проститутка! – чуть ли не кинулась на нее девушка.

Настя засмеялась, а Петр побагровел.

– Эта девушка только что спасла мне жизнь! Прекрати немедленно!

– Сексуальный голод она тебе удовлетворила, а не жизнь спасла! – выкрикнула Света.

Настю вся эта ситуация очень забавляла. Быть камнем преткновения в супружеской ссоре это ей еще не приходилось.

– Уйди! – вдруг заявил Петр таким голосом, что девушка мгновенно перестала истерить, а Настя выпрямилась и сползла на пол, встав на четвереньки, почему-то с перепугу решив, что это относится к ней.