Это была Кэти.

— Привет. Слышала, что ты вернулась. Как провела время? Чудесно? Значит, репутация Риса как классного любовника не выдумка?

Под градом лобовых вопросов Алекс немного растерялась. Когда она сидела затворницей в своей квартире, то психологически готовила себя к сегодняшнему дню, прикидывала, как отвечать людям на вопросы. Все очень осложнялось, поскольку она работала с Рисом в одной компании. Холод, возникший между ними, никто не должен заметить. Так и должно было быть, но как поступить с Кэти? Она была самой близкой ее подругой. Неужели придется и ей врать? Сейчас Алекс нуждалась в настоящем друге, чтобы как следует выплакаться ему в жилетку. Но она решила, что Кэти будет последним человеком, который узнает, что произошло. Поэтому она радостно зачирикала.

— О, Кэти, привет. Да, я прекрасно провела время, но не жди никаких подробностей. Это очень личное. А ты как? Какие сплетни за время моего отсутствия?

Таким образом она постаралась уклониться от вопросов не только Кэти, но и других девушек которые звонили или приходили к ней.

Алекс удивляло, почему они проявляют такое нездоровое любопытство. Может, они считали, что после свадьбы она будет по-другому выглядеть? Или им хотелось узнать, действительно ли Рис такой грандиозный любовник, как о нем говорили? Подтвердил ли он свою репутацию?

Думая о тех моментах, когда они предавались любви, она считала, что он любовник что надо, и ни с кем не может сравниться. Да, он действительно доводил ее до точки кипения. Возможно, это и означает быть грандиозным любовником, способным удовлетворить женщину. Но, исходя из малого опыта Алекс, удовлетворял ли он ее? Трудно сказать, ведь ей не с кем было сравнивать. Только один раз она испытала небывалый подъем и…

Алекс заставила себя отвлечься от этих мыслей и вернуться к работе.

Как раз наступило время, когда Рис приходил в компанию. Он не ожидал увидеть ее, и поэтому направился в кабинет Тодда. Когда же он посмотрел на стеклянную перегородку, отделявшую ее кабинетик от приемной, губы у него были твердо сжаты. Он в удивлении уставился на нее, и они довольно долго смотрели друг на друга, не зная, что сказать.

Молчание нарушил Тодд, который подошел сзади к Рису и положил ему руку на плечо.

— Счастливый ты парень. Не многие женщины оставляют своих мужей спящими, а сами уходят на работу.

— Угу, — промычал Рис, криво улыбаясь. — Алекс стала поклонницей раннего вставания. Ей нравится бросать меня одного.

Тодд не уловил иронии Риса. Он засмеялся.

— А как ты отнесся к тому, что твоя женушка сохранила девичью фамилию? Я думал, что вы все же решили носить одинаковые ботинки.

Губы Риса превратились в ниточки. Он все еще стоял у дверей, глядя на нее.

— К сожалению, Алекс не особенно нравится моя фамилия, — сказал он с таким расчетом, чтобы смысл его фразы был понятен только Алекс. — Но уверен, очень скоро она поймет, что быть миссис Стерлинг все же лучше, чем оставаться мисс Норд. Не так ли, Алекс?

Она покраснела.

— Я нахожу ее неприемлемой для себя, — сказала она холодно.

— Но ненадолго, — твердо произнес Рис. В его тоне послышалась угроза, а глаза зло блеснули.

— Навсегда, — отрубила она, когда Тодд потянул Риса за собой. Она приняла его вызов, бросив ему свою перчатку.

7

После того, как мужчины ушли, она уселась за стол, ясно поняв, что Рис объявил ей войну.