Василий и Нюрочка! Прямо рядом с нами! Сквозь крошечную стеклянную вставку я видел их край их силуэтов. Обернулся на коробки и вдруг понял, почему так странно стояли — это же своего рода кровать. А еще говорят, тут приличная академия.

Мои щеки мгновенно стали пунцовыми. Рядом, не отводя взгляда от двери, хихикнул Дмитрий. Я покосился на него строгим взглядом, но в темноте он его не увидел.

— Прикажи им уйти, — шепнул я.

— Я не могу. Еще не изучал это.

— Да твою ж... — вырвалась у меня фраза из лексикона Лискина.

Придется самому. Но как это сделать, чтобы Кунцев не увидел? Я аккуратно направил силу вдоль пола и зацепился за ноги парочки. Стараясь не обращать внимания на их бушующие похотью эмоции, я скомандовал идти в другое место.

За дверью раздались глубокие вдохи, и влюбленные отклеились от двери, неясными тенями скрываясь в глубине приемной.

Еще несколько тихих шагов, и звякнул замок. Я сдавленно хмыкнул — они зашли в кабинет директора!

С трудом дождавшись хлопка двери, мы с Дмитрием выскользнули из каморки и бегом бросились обратно на трибуны.

***

До тренировочной площадки мы бежали. И едва успели. Эдуард Львович уже объявлял последних участников — огненного и земляного магов.

На арену вышел незнакомый мне ученик “Железного острова” — невысокий худой парнишка с торчащими во все стороны рыжими волосами, Евгений Рокотов. Ему навстречу шагнул уже наш — коренастый и светловолосый маг земли, Игорь Дубов.

Они встали в стойки, и судья дал отмашку начинать.

Вокруг Евгения тут же заплясали огненные смерчи. Дубов, не медля ни секунды, с силой топнул ногой. От его ступни по песку пробежала легкая волна, подняла клубы песка в воздух и мгновенно добралась до Рокотова. Огненный покачнулся и с трудом устоял вертикально. Два языка пламени рядом с ним тут же исчезли.

Рокотов сжал кулаки и рванул вперед, сокращая дистанцию. В его руках появились ярко пылающие мечи. Впрочем, Игорь не растерялся и сразу же поднял пласт земли, о который огневик и споткнулся.

Трибуна резко выдохнула.

Но это не помешало Евгению атаковать. Он успел взмахнуть руками, и два острых клинка превратились в канаты и обвили ноги Дубова. Используя хлысты, как опору, огневик лихо перекрутился и на всей скорости влетел в земляного мага.

Прошло каких-то полминуты и наш боец уже лежал, отплевываясь от песка. На нем сверху сидел огневик и радостно улыбался.

— Победа присуждается Евгению Рокотову! — крикнул Арсений Петрович.

Зрители восторженно взвыли.

Я заметил, что никто не расстроился поражению Дубова, а просто радовались зрелищности боя. Эмоции тут били через край.

Как только ученики затихли, вперед вышел директор и пригласил всех в столовую на праздничный обед.

Повара постарались на славу — столы ломились от еды. Настроение тут же поднялось, я, наконец, отвлекся от мыслей и просто уплетал за обе щеки жаркое и салаты.

Через полтора часа мы с Кунцевым буквально выкатились из главного корпуса, еле дыша от обилия съеденного.

Дойдя до комнат, мы засели у меня, и он вытащил многострадальную алую папку из-под куртки.

 — Давай посмотрим, что это за огневик такой, — задумчиво произнес Дмитрий, пробежавшись глазами по первой странице. — Афанасьев Сергей Анатольевич, тринадцать лет, огненный маг, комната тридцать два. Учился в академии с младших классов.

Кунцев отложил лист и вытащил еще следующие сразу пачкой, продолжая бормотать себе под нос:

— Оценки, успеваемость средняя, записи о нарушениях правил академии... Медицинские записи!

Я пересел к нему ближе, и мы в четыре глаза стали читать. А почитать там было что! Многочисленные переломы, вспышки силы, неадекватное поведение... целый набор, больше подходящий для личного дела в охранке, чем для академии.