Покрутившись в коридоре еще с полчаса, найти нить заново у меня не получалось. Пришлось, несолоно хлебавши, вернуться. Настроение окончательно испортилось.

***

А следующее утро началось со ссоры Василия и Михаила. Я не успел дойти до столовой, как услышал их голоса из кабинета старшего по дому. Тренер на повышенных тонах спрашивал его о задержке зарплаты. Я решил вмешаться.

— Доброе утро, — кивнул обоим, — что случилось?

В ответ получил снисходительный взгляд от Михаила и гневный от Василия. Да, быть в теле ребенка сейчас мне только мешало. Даже статус сына князя несильно прибавляло мне веса. Но эта их реакция вызвала во мне целую бурю эмоций.

— Итак, — зло процедил я сквозь зубы, сжимая кулаки, — успокойтесь. Оба.

Последнее сорвалось с глухим рыком. Лица тренера и старшего по дому мгновенно изменились — будто кто-то стер эмоции.

— Что случилось? — продолжил напирать я, не обратив на это внимание.

— Михаил Викторович задерживает выплату за две недели, — пресно начал Василий.

— Сейчас не могу выдать деньги, — вставил Дубский. — Закупил продовольствие на неделю вперед.

— Много? — уточнил я.

— Достаточно.

— И наличные не остались?

— Остались.

— И в чем тогда вопрос? — изумился я, глядя, то на Михаила, то на Василия.

— Не хочу, — сказал он и вдруг вздрогнул, потер переносицу и удивленно заморгал, — то есть я хочу сказать, что выдам, конечно. Завтра. Да-да, завтра.

Он засуетился, начал перекладывать бумажки на столе. Василий тоже отмер, хмыкнул, попрощался и вышел из кабинета.

И что это сейчас было?

***

Быстро позавтракав, я подхватил учебники и в скором времени уже ехал в коляске в Гильдию. Подсев ближе к правящему лошадью тренеру, я спросил:

— Василий, вам срочно нужны деньги?

— С чего вы взяли? — спросил он, не отрывая взгляд от дороги.

— Я же слышал вашу с Михаилом ссору.

— Да? — Василий на мгновение обернулся. — Да-да. Точно. Вы были там. Этот Михаил все время задерживает зарплату. Должен был дать еще в начале недели. Но мы решили вроде вопрос. Деньги я получу завтра.

Я кивнул, буравя взглядом его затылок. Он с трудом вспомнил, что я вмешался в их разговор. Неужели я настолько незаметный? Мысли так и распирали череп, аж в висках заломило от боли. Думаю, стоит задать этот вопрос Лискину.

Тот ждал в классной комнате, развалившись в кресле. Как и вчера он был трезвым, а из-за этого — чрезвычайно хмурым. Его лысина блестела бисеринками пота, борода торчала клоками, рубаха в нескольких местах испачкана, будто он ночевал на улице.

— Георгий Валентинович, у меня вопрос, — вместо приветствия начал я.

— Явился, — проворчал он. — И что же ты хочешь спросить?

— Как можно распознать чужое заклинание?

— Хм, — Лискин дернул бороду и задумался, — смотря какое. Вот так взять и увидеть можно через магическое зрение. А узнать чье оно... Тут в дело вступает логика. Слышал о такой, князь?

Я не удостоил его ответа, а просто сел за парту и внимательно посмотрел на него.

— К примеру, это заклинание воздушника. Оно поблескивает голубым, воздушное и так далее. Очень просто. Наши с тобой — с искрами. Ты в тот раз спрашивал, почему они летают вокруг меня. Это как раз и есть остатки моей магии.

— Нет, оно не было похоже на воздушное, ни на водное, ни на огонь.

— А как оно выглядело? — глаза Лискина сверкнули.

— Полупрозрачное, как дрожание воздуха, — припомнил я.

— Интересно, — он потер лысину, — не слышал о таком.