– И ты оставил ее одну? При том, что вокруг бродят Круп и Вандермар? Ну так чего ты расселся?

Опустившись на колени, он достал из кармана небольшой металлический предмет, который вставил в крышку водосточного люка в устье проулка и повернул. Крышка поднялась на удивление легко. Спрятав этот предмет, маркиз из другого кармана вытащил что-то, напомнившее Ричарду фейерверк на длинной палке или химический факел. Держа его за конец, он провел вдоль него рукой, и химфакел вспыхнул алым пламенем.

– Можно задать вопрос? – спросил Ричард.

– Однозначно нет, – ответил маркиз. – Ты никаких вопросов не задаешь. Ты никаких ответов не получаешь. Ты с тропы не сходишь. Ты даже не думаешь о том, что в данный момент с тобой происходит. Понял?

– Но…

– И самое главное: никаких «но». А теперь нам нужно избавить деву от беды, – сказал де Карабас. – Время не на нашей стороне. Шевелись!

Он указал в открывшуюся под люком черноту.

Ричард зашевелился: стал с трудом карабкаться по металлической лестнице, вмонтированной в стену под крышкой люка, чувствуя себя совершенно не в своей тарелке, понимая, что попал на такую глубину, выбраться с которой можно только на батискафе. Он был настолько ошарашен, что ему даже не пришло в голову спросить, куда они идут.

Интересно, где они? На взгляд Ричарда, на канализацию никак не походило. Может, это туннель для телефонных проводов или даже для очень маленьких поездов? Или… для чего-нибудь еще. Оказывается, он не слишком-то много знает о том, что происходит под лондонскими улицами.

Он ступал осторожно, нервно, боясь зацепиться за что-нибудь ногой, споткнуться в темноте и вывихнуть или сломать коленку. Де Карабас беззаботно шагал впереди, по-видимому, совершенно безразличный к тому, идет с ним Ричард или отстал. От горевшего алым факела по стенам метались огромные тени.

Ричард перешел на бег, чтобы догнать маркиза.

– Посмотрим… – пробормотал де Карабас. – Мне нужно доставить ее на Ярмарку. Следующая… м-м… через два дня, если память мне не изменяет, а она мне неизменно не изменяет. До тех пор я сумею ее спрятать.

– На Ярмарку? – спросил Ричард.

– На Передвижную Ярмарку. Но тебе про это лучше не знать. Больше никаких вопросов.

Ричард огляделся по сторонам.

– Ну, я собирался спросить, где мы. Но полагаю, ты все равно мне не скажешь.

Маркиз снова усмехнулся.

– Учишься! – сказал он. – Ты и так уже слишком глубоко увяз.

– Святая правда… – вздохнул Ричард. – Невеста меня бросила, и, вероятно, придется покупать новый телефон…

– Темпль и Арч! Телефон – последняя из твоих проблем.

Де Карабас поставил химический факел на пол, прислонив его к стене, где он продолжал гореть и искриться, и начал взбираться по вмурованным в стену металлическим скобам. После минутной заминки Ричард последовал за ним. Скобы были холодными и ржавыми. Он чувствовал, как под его ладонями осыпается ржавчина, частички которой забивались ему в глаза и в рот. Алый свет снизу потрепыхался, замерцал и погас. Дальше они карабкались в кромешной тьме.

– Значит, мы возвращаемся к д'Вери?

– Со временем. Есть еще одна мелочь, которую мне нужно сначала организовать. Страховку. И когда выйдем на дневной свет, вниз не смотри.

– Почему? – спросил Ричард.

А потом дневной свет ударил ему в лицо, и он посмотрел вниз.

– Был ясный день («Как это может быть день?» – спросил у него в голове слабый разумный голосишко.