— Мне казалось, что в феодальной системе, королевскими силами должны управлять титулованные люди, — заметила Айлин, — Те, для кого король является непосредственным сюзереном.

— Это если мы рассматриваем армию королевства, как единое целое, — поправил её барон, — Для сил, которые король собрал со своего личного надела, он вполне может назначить своего собственного военачальника, опираясь не на его титулы, а на его таланты.

— Кроме того, король назначил меня своим сенешалем после битвы при мосту Дернхавен, и теперь я представляю королевскую власть в окрестностях Гронесбурга. Точнее — в этих проклятых топях, — генерал встал, подошёл к комоду, взял бутылку с кубками и вернулся обратно за стол, — А теперь, коли с формальностями покончено, перейдём сразу к делу. Я так понимаю, вашим людям потребуется крыша над головой и еда, по крайней мере, на первое время.

Барон молча кивнул.

— Хорошо, — генерал разлил вино по кубкам. Один пододвинул к Байрану, два — в нашу сторону, — Эй, Ваймар! Сопроводи гостей в барак и помоги им там обстроиться. И скажи кухне, чтоб прекращали баклуши бить и сообразили пожрать на две сотни человек. Всё понял!

«Так точно!» — из-за полуоткрытой двери донёсся приглушённый выкрик, а затем по коридору пошло гулять эхо удаляющихся шагов. Корвин подождал, пока оно стихнет, и лишь затем продолжил.

— Вероятно, мой сотник уже сказал вам, что мы не можем пропустить вас дальше по зелёному тракту, — генерал отпил из своего кубка и обвёл нас тяжёлым взглядом, — Всё дело в проклятом урочище. Оно и раньше то было неспокойным, но в последнее время там твориться совсем уж Сворм разбери что. Даже охотники за диковинами и те вглубь ходить перестали. Всё больше по окраинам шарятся. Так что, как отдохнёте с дороги, мои разведчики проводят вас обратно до воющих степей и покажут дорогу, выводящую на золотой тракт.

— В воющих степях сейчас… — начал было барон, но сенешаль тут же его перебил.

— Я знаю, что там сейчас происходит. И поверьте мне, это всё детский лепет, по сравнению с тем, что происходит внутри урочища. Можете пообщаться с моими разведчиками или с охотниками в деревне. Они расскажут вам подробности. В любом случае я не думаю…

— Что мы имели дело с чем-то подобным? — барон отпил из своего кубка и ухмыльнулся в усы, — Я, пожалуй, и правда не имел, но вот эти двое…

— Прежде чем мы ответим, имели или нет, нам нужно узнать подробности, — перебила его Айлин, — Что это за урочище, как оно появилось, кто в нём обитает, что это за тварь, которую вы зовёте душеловом и…

— Говоря короче, все сведения, какие у вас есть, — резюмировал я, мысленно пожалев, что у наших табуретов не было спинки.

— Так погодите, — генерал отодвинул от себя кубок, скрестил руки на груди и со смесью удивления и недоверия уставился на нас, — Вы хотите сказать, что можете разобраться с урочищем? Двое наёмников справятся там, где не справляется тысяча человек?

Айлин тяжело вздохнула и демонстративно щёлкнула пальцами. Внезапно по комнате, в которой были закрыты все окна, пробежал лёгкий ветерок. Пламя над свечами затрепетало и погасло, испустив тонкие струйки дыма. Комната погрузилась во мрак, разгоняемый лишь жировой коптилкой, висевшей над кроватью, да тонким лучиком лунного света, пробивавшимся меж плотно закрытых ставен. Немного подождав, когда глаза у всех присутствующих привыкнут к темноте, я опёрся локтем на стол, сосредоточился на погасших фитилях и тоже демонстративно щёлкнул пальцами.

Над фитилями свечей вновь появились крошечные языки пламени.