|
Антея обратила внимание Хьюго на колокольню церкви в Лидде, которая была видна за шесть миль на юго-западе, но хотя он и соизволил бросить туда беглый взгляд, больше заинтересовался осушенной землей, расположенной между Лиддом и Раем. Видимая с небольшой возвышенности, где была выстроена усадьба Дэрракоттов, эта бывшая топь казалась совершенно ровной — лишь пересекались на ней траншеи да росли то тут, то там немногочисленные кусты ивняка и терновника, оживляющие унылую монотонность общей картины. Взгляд майора привлек Рай, возвышающийся над топью и напомнивший ему издалека Понт-Кассильяс неподалеку от Лисабона, где располагался военный госпиталь, в котором он томился несколько безотрадных недель на вершине почти такого же крутого, отдельно стоящего холма, где и был построен монастырь. Стоя на краю топи, Хьюго понял, что местность была не совсем плоская, а чуть приподнимающаяся к дюнам, которые заслоняли море. Неровная тропинка извивалась по ним, но никаких признаков присутствия здесь человека не было, кроме загона для овец. Казалось, на болотах нет никаких живых существ, кроме овец, чаек да камышовки, беззаботно ищущей пропитание в зарослях камышей. Пейзаж был мирным, но первозданно диким. Когда Антея бросила на Хьюго вопрошающий взгляд, он высказал мысль, пришедшую ему на ум:
— Вы не встречали нечистую силу, когда выходили на болота в сумерках? — Я не думала об этом, — осторожно ответила Антея. Хьюго посмотрел на нее с высоты своего роста и рассмеялся: — Жаль, здесь нет Клода, чтобы меня поправить. Мне следовало бы сказать «привидений»! Это для них — самое место! Для Антеи и Ричмонда, которые выросли на краю трясины, это было просто смешно. — Привидения? — переспросил Ричмонд. — Неужели вы в них верите, кузен? — Да нет! Но с тех пор как я попал в эти места, появились кое-какие сомнения, — сказал Хьюго, покачав головой. — Если я окажусь здесь после наступления полуночи, я выверну свой сюртук наизнанку, чтобы не быть околдованным и не попасть в трясину. Ричмонд рассмеялся, но Антея заметила: — Вам это место кажется опасным? Моя тетушка Энн ненавидит болота, она все время повторяет, что это жуткая земля, полная злых морских духов, но она у нас с большими причудами. Здесь совсем не опасно — ни чуточки! — несмотря на то, что когда-то тут было морское дно. Во времена саксов по всему побережью велись работы — у моря отвоевывали затопленные участки. Говорят, это вредно для здоровья — малярия, — и признаюсь, те, кто живет на болотах, особенно подвержены приступам болотной лихорадки. Вот почему усадьба Дэрракоттов — почти последний из больших домов, оставшийся здесь. Короче говоря, все местные лорды переехали отсюда. Только не Дэрракотты! Будьте уверены! — Если только и вы не уедете, кузен Хьюго, — прервал ее Ричмонд. — Мой дядюшка Гранвилль обычно говорил, что покинет усадьбу Дэрракоттов и будет жить в одном из поместий в Сассексе. — Да! Но только когда он был в ссоре с дедушкой, — оборвала его Антея. — Он никогда бы этого не сделал. Даже если бы дядюшка и в самом деле хотел уехать отсюда… Ты только подумай о том, сколько это будет стоить! — Она улыбнулась Хьюго, и в ее глазах заблестели смешинки. — Вы думаете, кузен, что видели самых худших представителей своего семейства? Уверяю вас, вы не видели их во всей красе. Когда мой дядюшка был жив, он жил здесь со всей своей семьей, и ссоры и скандалы между ним и дедушкой были скорее правилом, а не исключением. Он часто прихварывал, что дедушка воспринимал как личное оскорбление. И не важно, чем он болел, он всегда говорил, что все его болезни из-за того, что дом расположен в этих ужасных болотах. |
