Так, сопровождая их прогулку рассказами об истории городка Рая, Клод выбирал дорогу среди ям и луж. Истории о страшных пиратах перемежались горькими сетованиями на ужасающее состояние дорог. Ни одна из улиц, ведущих на вершину холма, не была замощена, а поскольку они довольно круто поднимались вверх, каждый ливень наносил зримый ущерб их поверхностям. К тому времени, как Клод с Хьюго добрались до харчевни на улице Наяд, Клод, чьи прекрасные ботфорты не были предназначены для ходьбы по неровной дороге, был здорово раздражен, а когда обнаружил глубокую царапину на блестящей коже, почти впал в ярость.

— Бесполезно спрашивать меня, насколько эта харчевня старинная, потому что я не знаю и знать не желаю, — сказал он брюзгливо. — И не стойте тут разинув рот! Только посмотрите на мой сапог! Вы понимаете, что у меня это единственная пара на два месяца? А теперь они испорчены, и все лишь потому, что вы, Хьюго, не нашли ничего лучше, как таскаться по этому обветшалому городишку!

— На вашем месте я бы так не беспокоился, — сказал Хьюго, бросив беглый взгляд на испорченный сапог. — Мне кажется, Полифант знает, что с этим делать. Мы туда зайдем?

— Нет, не зайдем! Конечно, вас мой сапог нисколько не беспокоит, но будет вам известно… — Клод внезапно замолк и, когда Хьюго вопрошающе повернулся к нему, произнес изменившимся тоном: — Клянусь Юпитером, это… Нет, не может быть! Да, клянусь Юпитером, так оно и есть!

С этими несвязными восклицаниями денди перешел на другую сторону улицы, поспешно сорвал с головы шляпу и отвесил высокомерный поклон вспыхнувшей румянцем барышне в цветастом ситцевом платье и соломенной шляпке, напяленной на копну соломенных кудрей, которая шла по улице с корзиной, перекинутой через руку.

— О-ля-ля! Мистер Дэрракотт, подумать только, встретить вас здесь, — кокетливо сказала девушка, приседая в реверансе. — Да еще по пути к бакалейщику! Вот уж никогда не думала, что вы тоже в городе. Вот это да, скажу я вам!

— Позвольте мне понести вашу корзину, — галантно попросил Клод.

— Как можно, мистер Дэрракотт! Я не могу такого позволить.

— По крайней мере, не лишайте меня удовольствия сопровождать вас.

Поняв, что барышня не имела намерения отказать Клоду в этом удовольствии, майор воспользовался случаем унести ноги. Манеры желтоволосой чаровницы были далеко не утонченными, но майор не удивился такому экспансивному поведению своего элегантного кузена, поскольку пару дней назад засек Клода, когда тот назначал свидание хорошенькой дочке кузнеца. Клод был не слишком расположен к амурным похождениям, но поскольку ужасно боялся пасть жертвой матримониальных планов мамаш, довольно редко предпринимал попытки флирта с девушками равного с ним социального положения. Он предпочитал безобидные развлечения с горничными, ученицами модисток, деревенскими девушками или же с другими молодыми барышнями скромного происхождения, которые благосклонно принимали его ухаживания, ни на минуту не сомневаясь в том, что намерения господина ни в коей мере не были серьезными.

Итак, майор с чистой совестью оставил Клода и принялся осматривать город в одиночестве. В конце Набатной улицы он завязал разговор с одним почтенным жителем, который сообщил ему много интересных фактов из истории городка Рая.