Лютый принялся что-то путано объяснять, но волхв жестом оборвал его.

- Ладно, понял я давно. Это совесть в тебе проснулась на старости лет, видно, хочешь кровью искупить дела свои разбойничьи?

Атаман поморщился.

- Прекрати, дед, хватит меня стыдить, да уму-разуму учить. Мне, чай, не десять и не двадцать годков-то.

- А толку-то? - сверкнул глазами старик. - Разве научился ты чему за свою жизнь непутевую?

- Дед, хватит! Сколько можно?!

- Давай-давай, ты еще покричи на деда! Ишь, думает, нажил седину, так уже и на деда можно кричать! Видали такого умника, люди добрые?

Волхв оглянулся на Висту и витязя.

- А вы, я вижу, и не знали, что он внук мой? Не сказал, паршивец!

- Дед, ну какая им разница, дед, внук, мы ведь не в гости пришли, а по делу…

- А ты вообще помолчи! - прикрикнул на него старик. - В кои-то веки приличных людей привел, так еще и рот затыкает! Смотри у меня, Лютик, осерчаю - в жабу превращу!

Лютый насупился и, пряча глаза, склонился над тарелкой. Похоже, слова волхва не были пустой угрозой.

- Вот так, гости дорогие, Лютик-то внук мне, - вздохнул волхв. - А иначе бы я пустил кого сюда? Тропки-то они знаете какие гулены, туда - сюда петляют-гуляют, а там уже и топь под ногами чавкает… Я ведь один здесь живу, тут только звери, да нечисть лесная, людей годами не вижу, да и не хочу их видеть-то.

- Да ладно завирать-то, - вмешался Лютый. - С волхвами, да колдунами вечно языком мелешь через шар свой магический.

- Эка ты хватил, - фыркнул волхв. - Да какие же они, то есть мы люди-то? Ты еще друзей своих разбойничков вспомни, коих ты сюда водишь лечиться, это тоже люди что ли?

Лютый только рукой махнул, дескать, что с волхвом-то спорить…

- А Лютобора-то я с десяти лет воспитывал, - продолжил старик. - Ведь и я был некогда воином, да-да, гости дорогие, это сейчас я седой, да старый, а ведь было время… Эх! В общем, и сын мой - отец Лютика - стал воином, а потом и сам Лютик. Оба в дружине княжеской служили, там же сыночек мой голову и сложил. А Лютобор вот ушел из дружины, повздорил, говорит, с князем, да и ушел. Все бы ничего, да вот в лихие люди подался, и уж лет двадцать как лиходействует. Что с ним делать, ума не приложу. Седой вон, а все никак не образумится. Вот уж я обрадовался, когда увидел его с вами, думаю, может теперь за ум возьмется. Вы уж поучите его, поучите, гости дорогие, пусть вы и моложе будете, да ведь мудрость не годами меряют.

- Дед, хватит уже. У нас ведь каждый час на счету…

- Ишь ты, быстрый какой. Ну да ладно, ведомо мне, что спешите, и ведомо отчего спешка-то ваша. Посему сразу скажу - где искать нужного вам колдуна я не знаю. Но я попробую это узнать. Слухами ведь и земля, и лес полнятся…

- У нас нет времени, волхв, - устало вздохнул Ладомир.

- Но ведь не отправитесь же вы ночью, друзья мои? Ложитесь-ка спать, а там, глядишь, к утру может и разузнаю что. Только одна просьба к вам, - улыбка сползла с лица волхва. - Ночью из дома ни ногой! Здесь вы в полной безопасности, никакая нежить и нечисть вас здесь не найдет, но заклинаю, за порог - не приведи вас боги…

3

Проснувшись среди ночи, Виста навострила уши, нащупала меч, и только затем обежала избу глазами. Вокруг было тихо-спокойно, но не просто же так она проснулась.

Виста поднялась, осторожно выглянула в окно, и брови ее поползли на лоб. Возле калитки стоял волхв и мирно беседовал с той самой бабой-ягой, что едва не сварила из нее суп.