Полагаю, заявись, в «Девочку» его несовершеннолетнее величество Джордан III, почтеннейшая публика отреагировала бы столь же сдержанно и спокойно. В заведения, стоящие на Улице, может прийти кто угодно. Главное, суметь отсюда спокойно уйти.

Не глядя ни на кого, я прошел внутрь заведения и опустился — спиной к стене — за стол, который Ли-Ши всегда держит незанятым. У друзей заведения свои преимущества, а я входил в число особо близких. Не сомневаюсь, прекрасная анчинка частенько пользуется моим именем в своих целях — как и все те немногие смертные, кому случается оказывать мне услуги. Но что с того? С меня не убывает.

Рядом почти тут же выросла стройная рыжеволосая девица, облаченная в подобие одежды, предназначавшееся для того, чтобы заинтересовать, а не прикрыть. В других заведениях зимой так не походишь, но в «Шелковой девочке» всегда топили на совесть, а, кроме того, знакомый колдун, из числа завсегдатаев, наложил на заведение заклинание, удерживавшее внутри тепло, и регулярно поддерживал его действие.

— Хозяйка будет рада видеть вас, милорд! — улыбаясь, произнесла рыжая, ставя передо мной кувшин с вином. — Она скучала.

— Спасибо… ммм… Марла?

Рыжая присела, изображая что-то реверанса. Когда-то она боялась меня, как многие другие смертные, но теперь я почти не чувствовал ее страх. Смертные на редкость легко привыкают к ужасному, если сталкиваются с ним достаточно часто. Именно поэтому прочие носители Древней Крови стараются свести свои контакты с людьми к минимуму. Легенды живут дольше, если не пытаться узнать, с кого они на самом деле писаны.

— Поспеши на кухню, моя дорогая, — раздался сверху, с маленького балкончика, нависавшего над сценой, знакомый голос. — Я сама обхожу нашего почетного гостя…

По-уранийски Ли-Ши говорила, искусственно усиливая сюсюкающий анчинский акцент, отчего голос ее казался таким же струящимся и шелковым, как вся его хозяйка. Рыжеволосая Марла тут же исчезла.

— …обхожу со всем умением, — улыбаясь, проговорила Ли-Ши, уже стоя передо мной и наливая вино в массивную кружку.

В воздухе поплыл аромат лозы из Южного Тарна. Мои пристрастия здесь прекрасно известны.

— Ты сегодня без пистолета, Ши? — улыбнувшись в ответ, спросил я.

С той поры, как мы виделись последний раз, она ничуть не изменилась.

— Забудь об этом, Сет. — Ли-Ши отмахнулась от моих слов так, словно я невзначай поинтересовался о здоровье ее давно покойной тетушки. — Мне хотелось сделать наши отношения острее. В них наметилось угасание взаимного интереса… пожалуй, стоило все-таки стрелять в тебя. Тогда ты решил бы, что по-настоящему небезразличен мне.

— Мне казалось, что так оно и есть?

— Разве я когда-то давала тебе для этого повод?

Мне казалось, что в темных раскосых глазах анчинской красотки тлеет улыбка. Или так только хотело казаться?

— Да, и не один раз.

— Не путай страсть с любовью, Сет. В отличие от мужчин, женщины очень четко делят два этих понятия… — Ли-Ши негромко рассмеялась. — Я слышала, ты все еще живешь со своей полуэльфкой.

— Ее зовут Таннис.

— Похоже, она сумела заползти тебе в душу. Как ты думаешь, такие, как ты — Ичче — способны любить?

Я помедлил с ответом.

— Я слышал, будто анчины верят, что Ичче — злобные духи, которые бродят неприкаянными по свету, норовя украсть чужое тело, когда человек заснет.