Энна потирала лодыжку. Ее лицо искажала гримаса боли.

— Нужно приложить холод, — сказал Курт и на пару с Найлом оттащил Энну к ручью. Вода в нем оказалась холодной и девушка какое-то время держала ногу в ней. Затем она попробовала встать и тут же вскрикнула от боли.

Состояние Энны усложняло задачу. Курт предложил сделать носилки. Ведь у ручья, наверняка, валяются какие-то палки, мужчины положат Энну на носилки и пойдут вдоль воды. Поскольку другой альтернативы все равно не было, Найл отправился на исследование окрестностей, оставив Курта охранять девушку.

Кстати, а куда подевался человекообразный? Что-то его криков больше не слышно. А ведь Энну вполне можно посадить ему на загривок, подобно тому, как самки племени носят своих детенышей.

Человекообразный — существо крепкое, потащит Энну без труда. Должна же быть от него хоть какая-то польза группе?

Отойдя метров на триста от того места, где остались друзья, Найл заметил странные желто-серые валуны непонятного происхождения. Подойдя поближе, он с удивлением понял, что это вовсе не валуны, а мертвые львы, закрывшие перед смертью головы передними лапами. Львы сидели несколько необычно — так, что казались камнями, и даже с небольшого расстояния были видно лишь их изогнутые спины. Приблизившись к ним вплотную, Посланник Богини дотронулся рукой до первого. Лев окаменел. От тела не пахло, оно не разлагалось, а словно застыло навеки. Если бы дело происходило во льдах, в такое еще можно было бы поверить, но в жарком климате Южного Континента?

Посланник Богини тронулся дальше и вскоре набрел на тушки более мелких зверей и птиц — пантер, зайцев, цесарок, одну из которых они ели в лесу. Все они выглядели одинаково — застывшими на века, замороженными на месте. Странно. Человекообразного так нигде и не было видно. С ним случайно ничего не произошло?!

Еще метров через двести ручей заворачивал вправо — вместе с горным массивом, внутри которого он протекал. Стоило Найлу зайти за поворот, как он застыл на месте. Впереди из-под земли вверх вздымался котел, диаметром метров десять, высотой семь-восемь, с гладкими стенками, сделанный из непонятного металла. По виду металл был ближе всего к меди, но в нем имелись какие-то вкрапления, которых в медном котле просто не может быть. От котла исходило странное манящее тепло. Он словно призывал Посланника Богини подойти и дотронуться до него.

Внезапно Найл уловил какое-то движение недалеко от котла, прищурился и понял: по направлению к странному предмету движется человекообразный. Значит, его тоже манит это тепло? Или какая-то неведомая сила? Найл прилагал неимоверные усилия, чтобы остаться на месте, не сдвинуться с него, не побежать к котлу. Но и не мог позволить себе повернуть назад: следовало посмотреть, что случится с человекообразным.

А тот приблизился к странному предмету и дотронулся до него рукой, затем дотронулся двумя, полизал его, потерся животом, потом спиной — и повернул назад. Обратно он шел медленно, качающейся походкой, правда Найл заметил в походке какое-то отличие от того, как человекообразный передвигался раньше.

Потом внезапно понял: он передвигается, как человек! Плечи распрямились, руки больше не тянулись к земле, шаг стал немного короче. Это была обычная походка всех друзей Найла и самого Посланника Богини.

Что же случилось?

А котел неумолимо манил самого Найла к себе…

Посланник Богини предпринял невероятное усилие, развернулся и собрался скрыться за поворотом, чтобы его больше не искушало манящее тепло. И в это мгновение он почувствовал на спине нестерпимый жар. Тем не менее, Найл бросился к спасительному повороту, а скрывшись за ним, рухнул на землю. Спину дико жгло. Голова разболелась. Да что с ним такое?

— Садись на меня, — вдруг сказал какой-то голос, вернее, не сказал, а отправил в сознание Найлу ментальный импульс.