- Наука тут не хитрая, понять можно. Я не такой, как они. У меня совесть есть. Людей я в обиду не дам. Мамедяр, ты можешь быть спокоен за свой кяриз. Делай так, как велит Совнарком. Это я тебе говорю.

- Хорошо, яшули, мы будем делать так, как прикажете! - Мамедяр довольно улыбнулся.

- Теперь, яшули, как приеду в Асхабад, сразу доложу о вашем полном согласии сотрудничать с Советской властью, - сказал Овезберды. - Только еще помогите мне набрать джигитов в Красную гвардию. Из вашего аула тоже надо парней взять на службу.

- Ладно, я подумаю, кого вам дать. Можете взять моего Поллада. Скажите ему кого надо убить - он убьет сразу.

- Убийцы нам не нужны - нам нужны самые честные и справедливые джигиты из бедных семей, - пояснил Овезберды.

- Таких много, - ухмыльнулся Теке-хан. - В лю бую сторону пальцем ткни - в бедняка попадешь.

- Хан-ага, - попросил Мамедяр. - Жизнь, можно сказать, только началась для нас, не будем терять время. Надо собрать народ и выбрать бедняцкий комитет.

Теке-хан помедлил, - не выполнять же просьбу батрака с поспешностью слуги, затем распорядился, чтобы позвали Поллада.

- Иди, нукер, собирай всех к моему двору. Проведем маслахат.

Примерно через полчаса, переминаясь с ноги на ногу, дрожа от холода, у двора Теке-хана стояла толпа - мужчины, старики, женщины, дети. Овезберды, как представитель Совнаркома, разъяснял:

- При царе в Бахаре главным был пристав Султанов. Теперь - ваш сельчанин Мамедяр. Бывший хозяин ваш, полковник Теке-хан, выбросил свои погоны. Всеми делами в вашем ауле займется бедняцкий комитет под председательством Бяшима-пальвана. Вы все его хорошо знаете - вот он рядом со мной стоит. До сегодняшнего дня он прятался от ханских нукеров в горах. В состав бедняцкого комитета надо избрать еще троих дехкан. Назовите имена тех, кто пользуется особым уважением.

Не сразу, но были названы трое аксакалов. Их попросили выйти вперед, и они, встав рядом с Мамедяром и Бяшимом, начали подшучивать:

- Хов, товарищ комитет! - сказал один. - Говорят, по новым законам всю землю отдают беднякам, но разве Теке-хан отдаст нам свою землю?

- У меня заранее чешется спина, - поддержал другой. - Как только вы уедете - сразу на мою спину обрушится плеть нукера Поллада.

- Скажи, Мамедяр, чем мы должны заняться? - спросил Бяшим. - А то сделаешь что-то не так, потом и от народа, и от хана достанется.

Мамедяр поднял над головой руку.

- В первую очередь мы перекроем воду, которая идет на поля Теке-хана из кяриза гапланцев.

Едва он произнес эти слова, как вся толпа невольно зароптала. Ведь только что, всего два месяца назад, были стычки из-за этой воды, и - опять.

- Не шути, Мамедяр! - крикнул из толпы седобородый яшули. - По новому закону, ты отдашь бедняцкую воду беднякам - это правильно. Но эту воду ты отбираешь у нас, а мы тоже бедняки. Где же правда?

- Правда здесь, у вас. - Мамедяр посмотрел на Теке-хана. - Ваш бывший хозяин должен отдать вам свою воду. Он будет иметь ее не больше, чем любой из вас!

Вновь по толпе прокатился ропот, но теперь уже не возмущение слышалось в голосах дехкан, а удивление и неверие в сказанное.

- Дорогие бедняки! - поспешил на помощь дехканам Овезберды. - Вы должны знать, что по декрету Советского государства вся земля передается беднякам. Крестьяне в России не ждут, пока сами помещики отдадут им землю. Они силой отбирают землю, а помещиков гонят в шею. Во многих аулах баи и ханы уже распрощались со своей землей, сравнялись со всеми. Вам тоже надо действовать. Теке-хан, ваш хозяин - добрый человек. Он собственноручно распределит между вами свою воду и потом доложит об этом в Асхабад Совнаркому.

- Яшули, я, думаю, сказал все правильно? - спросил Овезберды, посмотрев на Теке-хана.

- Аллах милостив, как-нибудь разберемся сами в своих делах, - неопределенно пообещал Теке-хан.