-  Что это? - поинтересовался сэр Чарльз.

    -  Встречная нота протеста, как вы уже наверняка догадались, сэр. И давайте не будем тратить время на церемонии. Мы люди простые, хоть и не любим, когда нас пытаются держать за дураков…

    -  Нота протеста? - мистер Хиггинс ничуть не удивился, когда сэр Чарльз молча сунул ему эту бумагу. - Этого следовало ожидать.

    -  Какова наглость! - фыркнул господин посол. - Эта женщина осмелилась мне дерзить!

    -  Я вас предупреждал, сэр…

    -  Оставьте своё мнение при себе, Хиггинс! Меня оно волнует в последнюю очередь! - сэр Чарльз на этот раз просто вспылил, и не придумал ничего лучше, чем выместить раздражение на помощнике. - Разве вы не утверждали, что эта дама в ответ на нападение у Серебряной банки в обязательном порядке ответит нападением на английские суда?

    -  Как раз я этого и не утверждал, - язвительно проговорил Оливер: наглость сэра Чарльза ещё можно было терпеть, пока она находилась в разумных пределах. Но сейчас сэр явно хватил через край. - Я ожидал официальной бумаги, и вот она. Теперь имеется неприятный прецедент, и у нас развязаны руки в том, что касается каперов.

    -  Так действуйте, чёрт возьми, а не испытывайте на прочность моё терпение! - посол фыркнул, как рассерженный кот, и, хлопнув дверью, вылетел из комнаты.

    "Боюсь, сэр, эта дама, которую вы до сих пор изволите недооценивать, преподнесёт вам несколько весьма неприятных сюрпризов, - Хиггинс позволил себе сию ядовитую мысль, благо, сэр Чарльз ещё не научился угадывать, о чём думают окружающие. - Что же до меня, то я свою задачу выполню. Чего бы это мне ни стоило".

    Никто не знал, были ли выстрелы у Серебряной банки первым отдалённым раскатом грома приближавшейся войны, или дело удастся уладить миром. Но мистер Хиггинс приехал сюда отстаивать интересы Британии. А каким способом он будет это делать - уже неважно.

    "Война - значит, война. Мир - значит мир. Но Англия в любом случае должна победить. В этом её предназначение. А король… Что ж, если он изволит распускать парламент только потому, что лорды не выдали ему денег на новый "дурацкий поход", затеваемый в отместку за предыдущий…"

    Боже, храни короля! Ибо нет у него врага хуже, чем он сам.

    Montag (нем.) - понедельник.

    По материалам В. Андриенко.

    Большинство кораблей этого затонувшего флота лежит на глубинах от 16 до 30 метров. Опытные ловцы жемчуга спокойно ныряли на глубину до 20 метров.

    6. "Это наша гавань…"

    1

    -  Да что ты там мудришь, Воробушек! Они сами сунулись, теперь пусть на себя и пеняют! Надо атаковать Порт-Ройял, и всех делов!

    Андре Гранден, капитан большого фрегата, захваченного у испанцев два года назад и переименованного французским экипажем в "Беррийца", выразил, как показалось Галке мнение большинства. Порт-Ройял… Жирная дичь, но уж больно зубастая. И ядовитая. Налететь, пограбить и сжечь - много ума не надо. Зато последствия потом не разгребёшь… К слову, Билли, Джеймс, Жером и Влад явно скептично относились к мнению, озвученному капитаном Гранденом. И их молчаливая поддержка вдохновляла Галку отстаивать свой план до конца. Какими бы неприятностями это ни было чревато, если капитаны всё-таки упрутся.

    -  Откуда ты знаешь, Андре, может, они только этого и ждут? - улыбочка "генерала Мэйна" довольно редко излучала доброту и нежность, а сейчас и вовсе был не тот случай, когда уместны подобные чувства.