Мария Семеновна открыла глаза, дала им немного привыкнуть к темноте и поискала взглядом источник нервирующего звука.

Стук издавала деревянная бусина на резинке соломенной шляпы, оставленной на кресле. В открытую дверь спальни задувал ветер, резинка качалась, бусина билась о ножку кресла — Марии Семеновне все было понятно, кроме одного: откуда взялся ветер?

— Бася, балконная дверь закрыта? — тихо спросила она невестку, лежащую на соседней кровати.

Исполинское ложе в спальне, задуманной как супружеская, дамы, кряхтя и охая, разделили на два поменьше.

Бася не откликнулась — спала.

— Конечно, не закрыта, — сама ответила на свой вопрос Мария Семеновна и спустила ноги с кровати.

В квартире было тихо и темно. Складные металлические шторы на окнах в обеих спальнях с момента прибытия новых жильцов оставались опущенными, потому что в темноте казалось прохладнее и лучше спалось — хоть ночью, хоть днем. Такие же металлические жалюзи на широком и высоком окне в гостиной были приподняты примерно на полметра от пола, и только стеклянная дверь на балкон пропускала в помещение тусклый свет луны и редких фонарей во дворе. Впрочем, его было достаточно, чтобы Мария Семеновна с порога увидела: в комнате никого нет, а балконная дверь и впрямь открыта.

Встав с постели, старая дама не надела очки и не прихватила с собой палку, без которой теперь не решилась пуститься в путь через большую темную комнату. К тому же все столпы педагогики требовали, чтобы ошибку исправлял именно тот, кто ее допустил.

Полагая, что знает, кто оплошал в данном случае, Мария Семеновна развернулась и направилась в спальню девочек.

Вернулись ли они после своего позднего ужина, она не знала, разбудить их внезапным появлением не хотела, поэтому шла молча и тихо, благо, надетые перед сном мягкие вязаные чувяки этому способствовали. У старых людей ноги мерзнут даже летом, так что это не блажь, а насущная необходимость.

Свою дверь девчонки тоже оставили открытой, так что Марии Семеновне не составило труда оглядеть комнату из коридора. В темноте было плохо видно, но обе кровати пустовали.

Вдруг ей показалось, что прикроватный коврик пошевелился, обзавелся отростками и потянулся к порогу, то есть — к ее чувякам!

Не позволяя себе напугаться, привычная ко всему бывшая учительница присмотрелась к шевелящемуся пятну и поняла: кто-то выползает из-под кровати.

Мысль о том, что таким странным образом развлекаются сами девочки, она отбросила сразу же. Давно прошли те времена, когда они были детьми и устраивали под своими кроватями конспиративные квартиры для бездомных котят и щенят. К тому же фигура, ползущая по полу прямо сейчас, размерами сильно превышала котенка.

Мысль о том, что добрые девочки успели подобрать и приютить крокодила, Мария Семеновна тоже отбросила.

Они бы подобрали, отчего нет. Но крокодилы в Турции не водятся, это бывшая учительница биологии знала прекрасно.

Тем временем подозрительная и, чего уж скрывать, пугающая тень доползла почти до порога спальни и стала расти вверх.

Мария Семеновна, как никогда остро сожалея об отсутствии верной многофункциональной палки, бесшумно отступила в коридор.

Возможно, они так и разошлись бы, не причинив друг другу никакого физического и морального вреда, но именно в этот момент в замке проскрежетал ключ и входная дверь за спиной старой дамы распахнулась, уронив внутрь квартиры широкую полосу желтого света с лестничной площадки.

На этом фоне тут же нарисовались еще две тени, в которых оглянувшаяся Мария Семеновна безошибочно опознала внучку и ее подругу.

— Привет, ба, ты чего не спишь? — с веселым удивлением спросила я, увидев перед собой родную старушку в пижаме с клубничками.

Пижама эта у нее считалась парадно-выходной: в ней бабуля лежала в больнице, когда ей оперировали колено.