Изменить размер шрифта - +
Тотчас к нему впритык подкатил черно-белый полицейский седан. Когда нарушители остановились окончательно, из машины выскочила пара полицейских. Нашаривая висящие на поясе пистолеты, они настороженно приблизились к кабине пикапа с обоих флангов. Повинуясь командам, водопроводчики вылезли наружу с поднятыми руками. Через секунду полицейские уже распластали их ничком на капоте.

Былое напряжение махом вылилось из Алекса; ноги вдруг стали ватными.

Оторвав наконец взгляд от сцены личного досмотра двух лихачей, Алекс обнаружил, что спасенная им девушка не спускает с него глаз — на редкость прозрачных, того соблазнительного цвета, который он встречал лишь на самых лучших своих кистях из собольего меха. И еще ему стало ясно, что этими чувственными глазами на окружающий мир взирает проницательный и язвительный ум.

Алекс до сих пор сжимал локоть незнакомки, и девушка выразительно скосила взгляд на его крупную ладонь. Он-то планировал увести ее с линии атаки, чтобы она не пострадала от рук бородача, однако первой успела вмешаться полиция.

— Прошу прощения… — пробормотал Алекс, разжимая пальцы. — Мне показалось, что эти пираты на вас сейчас ка-ак набросятся…

Он хотел, чтобы его слова прозвучали весело и беспечно, рассеивая испуг от случившегося, однако, судя по всему, девушка не видела в них ничего забавного.

Не зная, куда спрятать руки, Алекс почесал пятерней в затылке, сконфуженно кашлянул и, сменив тон на более серьезный, решил попытаться вновь.

— Извините, если я сделал вам больно… Пикап наверняка сбил бы вас…

— А вам не все равно?

Оказывается, у нее не только глаза умеют завораживать, но и голос.

— Нет, — удивленно ответил Алекс. — Я бы не хотел, чтобы вы пострадали из-за глупой случайности.

— А если это вовсе не случайность?

Лицо ее было совершенно непроницаемо. Оставалось только ломать голову над смыслом слов. Алекс понятия не имел, как на них реагировать.

На тенистых задворках сознания еще копошилось воспоминание о том, как она стояла на бордюрном камне перед носом летящего грузовика. И вот что любопытно: даже пребывая в задумчивости, он отметил, что язык телодвижений этой девушки чем-то противоречит обстановке. Профессиональному художнику (а именно им Алекс и был) манера поведения любого человека — пребывает ли он в покое или, наоборот, в движении, — о многом может рассказать. Что-то здесь не складывалось. Что-то необычное было в том, как эта девушка себя держала.

Что означал ее ответ? Может, так же как и он сам, она лишь пыталась прогнать страх после едва не обрушившейся беды? Или сочла рыцарский поступок Алекса примитивной попыткой подкатить, чтобы познакомиться? Она привлекательна. Надо думать, от мужчин отбоя нет.

Черное атласное платье, обливавшее ее выразительные формы, — либо творение хорошего дизайнера, либо вообще из другой эпохи; Алекс так и не понял, что вероятнее. Роскошные длинные мягкие волосы цвета солнечного летнего утра дополняли загадочный облик.

Очевидно, незнакомка шла в эксклюзивный ювелирный бутик, которым гордился фешенебельный универмаг «Риджент-центр», что располагался через улицу. Зеркальные стекла фасада проглядывали из-за крон ясеней и лип, отделявших универмаг от широкого Риджентского бульвара.

Алекс бросил взгляд на пикап, неподвижно стоявший у обочины. Проблесковый маячок патрульной машины попеременно окрашивал белый грузовик то в красные, то в синие тона.

Накинув «браслеты» на бородача, один из патрульных ткнул пальцем в сторону тротуара и приказал задержанному сесть на бордюрный камень возле водителя. Здоровяк повиновался и, грузно плюхнувшись, скрестил ноги по-турецки. Оба водопроводчика были в темных, сильно перепачканных рабочих комбинезонах.

Быстрый переход