Ходили слухи, что организация обладает так никогда и не найденными несметными сокровищами РСХА, Главного управления имперской безопасности, которое во времена правления Гитлера входило в состав СС и являлось руководящим органом политической разведки и полиции безопасности нацистской Германии. С такими деньгами, награбленными со всей Европы, членам ODESSA зачастую удавалось уйти от преследования, после чего, изменив внешность, не только покупать себе другую жизнь, но и даже внедряться в руководящие органы других стран. Понятно, что охота за высокими постами стала одной из основных целей выживших фашистов, так как наличие влиятельных лиц во властных структурах значительно расширяло возможности организации, цели которой были, в общем, понятны: если не удалось захватить власть в мире силовыми методами, то необходимо добиться того же политическими инструментами. Бывшие эсэсовцы не собирались сдаваться и отказываться от своих целей захватить весь мир тем или иным способом.

От таких шокирующих выводов туман в моей голове рассеялся, и я вспомнил, где видел этот взгляд. Однажды, когда я попал в прошлое, а точнее в 1941 год, мне повстречался оберфюрер Карл Гебхард, талантливый ученый и один из главных организаторов и участников медицинских экспериментов над заключенными концлагерей во время Второй мировой войны. Признаться, тогда я сам чуть не стал жертвой эксперимента ученого-садиста. Мне повезло остаться в живых, но я навсегда запомнил немигающие глаза Гебхарда цвета хирургического скальпеля.

И у рабочего с татуировкой были точно такие же глаза.

Вот тут я немного и тормознул…

Современные КПК позволяли получить из интернета любую информацию, и после своих приключений во времена Второй мировой войны я выяснил, что по результатам Нюрнбергского процесса дослужившийся до группенфюрера Карл Гебхард был повешен в 1948 году. То есть рабочий со стальными глазами и взглядом Гебхарда не мог быть Карлом Гебхардом. И хотя татуировка как бы намекала на связь ее владельца с СС, но мало ли… Вдруг реально моряку не повезло с ранением руки и я сейчас мысленно гоню на человека, который вообще не при делах?

Но тут длинный мужик, что стоял рядом, подкинул пищу для размышления.

– Чего за рабочие такие, не пойму, – сказал он. – Точно не комбинатовские. Я наших всех на комбинате знаю, как-никак, на проходной со дня открытия работаю, просто сегодня не моя смена. Хотя, если через проходную прошли, значит, с допусками все в порядке. Но надо будет все-таки на всякий случай комитетчикам доложить насчет…

Я дальше не расслышал, насчет чего собирался длинный докладывать сотрудникам КГБ. Потому что я уже шел за рабочими, которые, откинув задний борт тентованного грузовика, один за другим загружались в кузов. При этом я разглядел в тусклом свете фонаря, что номер грузовика заляпан грязью. Бывает, конечно, мало ли. Но когда совпадений становится слишком много, я перестаю верить в совпадения и полностью доверяюсь своей сталкерской «чуйке», которая сейчас прям звенела внутри меня растревоженной натянутой струной, что по моему опыту свидетельствовало – я на верном пути.

Причем у меня появился еще один повод поторопиться, потому что сзади раздался чей-то голос:

– Слышь, мужик, погоди! Это на тебе не мое пальто, случайно?

А впереди, метрах в тридцати, последний «рабочий» уже поставил ногу на стальную скобу откинутого борта – одно движение, и он будет внутри грузовика, который стоял с незаглушенным мотором.

В общем, раздумывать было некогда, и я начал действовать. Как всегда в таких случаях – на интуиции, отключив сознательное. Потому что если начнешь мысли в черепе ворочать, прикидывать, что делать дальше, – потеряешь драгоценные секунды.