В голове Инги пронеслись мысли о том, что, хотя их тянет друг к другу, они не пара. Он красавец и богач, а она выброшенная на обочину жизни разоренная, неудачливая владелица жалкой собственности, за душой у которой ни гроша. Конечно, не страхолюдина, но…

Через несколько секунд до нее дошли слова, которые медленно произносил Алекс:

— Я уверен, что каждый твой любовник говорил тебе, как ты красива…

— А твои многочисленные любовницы твердили тебе, что ты во всех своих проявлениях просто великолепен…

В данный момент Инга ненавидела всех женщин, прошедших через постель этого несравненного самца. Он понял это по тону, которым она произнесла последнюю фразу. Подняв брови, он признал:

— Бывало и такое, но все они по сравнению с тобой — бледные тени прошлого. Давай возвратимся к нашей первой встрече. Как только я тебя увидел, то понял: все, парень, ты пропал. Она должна быть моей. — Он легко усмехнулся. — У меня появилась реальная, а не абстрактная цель в жизни. — Ловкие руки Алекса обхватили плечи Инги, и она почувствовала, как его пальцы стали расстегивать пуговицы ее пижамы. При этом он жарко целовал ее шею, подбираясь к подбородку. — Не бойся, я ничего не сделаю насильно, — шептал он. — Как только я почувствую, что ты не хочешь продолжения, я отвернусь к стене и замру.

Инга понимала, что просто так остановиться он уже не может, к тому же теперь и она уже не хочет, чтобы он изменил свои намерения. Но, собрав остатки здравого смысла, она прошептала:

— Послушай, сегодня нельзя. Я могу залететь, как раз опасные дни. А мне нечем предохраниться…

— Это не страшно, выход есть. — Его руки продолжали ласкать ее груди, чувствовалось, как напряжена каждая частица его тела… Инга ощущала внутри себя какую-то странную сладостную пустоту, и ей очень хотелось, чтобы он заполнил ее. — Мы можем обойтись резинками, а? У меня, по-моему, есть небольшой запас.

Она оценила его такт. Людвиг шел напрямую, совершенно откровенно не думая о последствиях близости для нее. Алекс оставлял ей шанс почетного отступления. И он, и она знали, что пресловутые резинки подвели несчетное количество пар, что они далеко не всегда могли уберечь женщину от нежелательной беременности. Неожиданно даже для себя Инга тихо произнесла:

— Да, резинки меняют ситуацию.

— Тогда повернись ко мне, — ласково предложил он.

Она повернулась и уже через секунду оказалась без пижамы, почти не заметив этого. Инстинктивно Инга попыталась прикрыть ладонями оголившиеся полные красивые груди. Но он сначала отвел ее руки, а потом стал покрывать страстными горячими поцелуями эти восхитительные холмики, постепенно спускаясь ниже и ниже.

Она уже не существовала самостоятельно. Она была частицей этого мужчины, она хотела его и старалась помочь всем, чем могла. Инга словно то катилась вниз с горы, то воспаряла вверх на горные вершины. Если бы нашелся кто-то, кто спросил бы, сколько продолжалось это состояние, то она не смогла бы ответить на вопрос. Единственное, в чем она была уверена абсолютно, — такого у нее не было и не могло бы быть ни с кем другим. А между тем они все еще стояли посреди комнаты, и было довольно прохладно.

8

Подняв Ингу на руки, продолжая покрывать ее страстными поцелуями, Алекс маленькими шажками стал продвигаться к кровати.

Лежа на прохладной простыне, он то продолжал быстрые поцелуи, то нежно посасывал соски ее грудей. Внутри тела Инги уже бушевало пламя, она тяжело дышала и изредка постанывала. Обессиленная, слабо шептала:

— Мне уже слишком много! Остановись!

Но он не мог остановиться, он наслаждался прелестью ее тела, каждого из его уголков, сладостью ее губ и кожи.