Аркаша, против моих ожиданий, пробежался по ней достаточно бодро, не испытывая никаких сложностей, а вот с Мариной возникли сложности, она хлопала глазами и объясняла нам, что у нее всегда были проблемы с вестибулярным аппаратом. И если бы не Мискув, который каким-то образом убедил Белозерову в том, что ничего с ней не случится, оставаться бы ей тут, ибо на уговоры времени у нас не было.

Но он прихватил девушку за плечо, толкнул вперед, и та пошла, что-то бормоча себе под нос, да и протопала так до того самого места, где наш путь закончился.

Была площадка, о которой мне говорил Глузд, невелика, шагов восемь, наверное, в поперечнике. И да, присутствовали здесь два каменных столба, между которыми колыхалось серое прозрачное марево, эдакие ворота с порталом из фантастического фильма. А через марево это без особых сложностей можно было увидеть, что именно происходит за ним.

Посмотреть же было на что и на кого. Там человек десять в темных балахонах и с лицами, скрытыми капюшонами, готовились к приходу своего бога. Одни зажигали огонь в плошках, расставленных вокруг здоровенного валуна, находящегося в центре довольно просторной, не чета нашей, площадки, другие чертили на камнях некие знаки. Еще пятеро жрецов, вооруженных копьями, расположились по ее периметру, и от их фигур буквально веяло угрозой.

— Охрана, — шепнула мне Метельская, показав на одного из них.

— Она, — согласился я. — Их первыми надо убирать. Марго, сначала рви вон того, что слева стоит. Больно здоров, такого даже пулей в лоб не свалишь сразу. Опять же подкормишься. Только будь поаккуратнее, на их ножи и копья руны нанесены, так они ими саму Беляну завалили, а та была очень сильной ворожеей. Ну, ты в курсе. Как бы и тебе под раздачу не попасть.

Текли минуты, мы со Светкой прикидывали так и эдак, как будем действовать, и по-любому выходило, что так легко, как в прошлый раз, не выйдет. Неожиданность — да, это наш козырь. Но после мы окажемся на самом виду, а расстояния тут смешные, два прыжка — и все, пистолет не пляшет. Короче, без рукопашной, похоже, не обойдется.

— Аркаша! — позвал я юношу. — Когда начнется, пали что есть силы вон в тех дядек, что около камня. Они стоят кучно, тут даже тебе будет трудно промахнуться.

— Не бойся, не промахнусь, — усмехнулся Стрелецкий. — Говорил же уже.

— Марин, если не страшно — можешь присоединиться к нему. — Я протянул ей свой помповик, от которого проку мне сегодня явно не будет. — Тут все просто — нажала, дернула, нажала. Что ты бледнеешь? Не обязательно в людей целиться, можно в белый свет как в копейку палить. Просто нам чем больше шума, тем лучше.

— Да чего я могу-то… — отчего-то испуганно сказала девушка, но ружье взяла, а после пискнула. — О, глядите! Приготовления закончились, ритуал начинается!

И верно. Жрецы расположились вокруг валуна, задрали руки к луне и затянули какую-то тягучую песню на неизвестном мне языке, а один из них, похоже, старший, торжественным шагом подошел к камню и возложил на его вершину бронзовую фигулину.

— Слеза Рода, — прошептал мне на ухо шаман, — вот она!

Я хотел было сказать, что ничего такого не вижу, но в этот самый миг на камне вспыхнула пусть крошечная, но невероятно яркая звезда.

— Пора! — достав пистолет из кобуры и дослав патрон в ствол, сказал я. — Свет, наш выход!

— Нет, — мне на плечо легла рука Мискува, — рано! Жди!

В его голосе были такая мощь и убедительность, что я даже не подумал спорить.

Пение становилось все громче, луна лила на площадку, жрецов, валун и нас море красного света, и в какой-то миг из этих лучей сплелась сначала небольшая, а после начавшая стремительно набирать объем бесформенная тень, которая заложила петлю над площадкой, а после облаком повисла над Слезой Рода.