– А ты, значит, смерти не боишься? – прищурился мордатый зам.

– А тебя за этим сюда послали? Выяснить, чего я боюсь, а чего нет?

Мне показалось, что зам сейчас лопнет от ярости как перезрелый помидор.

– Что с заградотрядом? – выдавил он из себя.

– Об этом я поговорю лично с Директором, – отрезал я. – Все, аудиенция окончена. Возвращайся и передай ему, что я хочу говорить с ним лично.

Зам аж задохнулся от возмущения.

– А с Великим Механиком ты поговорить не хочешь?

– Не-а, – сказал я. И добавил, явно нарываясь: – Я в него не верю. Все, мордатый, утомил ты меня. Чеши к хозяину и доложи все по форме. И учти. РПГ знаешь что такое? Вижу, знаешь, на картинках видел. Так вот, если ты решишь проявить инициативу, то мои ребята начнут планомерный обстрел Зоны из гранатометов. А потом проедутся БТРом по тем, кто в живых останется.

– Ну, на ваши козыри у нас свои есть… – криво усмехнулся зам. И осекся… – Вы что… захватили крепость маркитантов?

На мордатого было жалко смотреть.

– А ты догадливый, – усмехнулся я.

Надо же, посол его величества наконец сопоставил мою персону с БТРом, торчащим в зоне видимости уже битых полчаса. А вот о том, что захваченную крепость мы уже успели потерять, ему знать необязательно.

– Давай, двигай к начальству, – добавил я. – А то мои бойцы могут решить, что здесь победителей маркитантов ни во что не ставят. И тогда я за последствия не отвечаю.

* * *

За старинным массивным столом мы сидели втроем – я, Ион и Директор. Там, за воротами Зоны, ждать мне пришлось недолго. Он вышел ко мне один, без охраны. И сказал:

– Я хочу видеть сына.

Я предвидел такой расклад. И, зная, что сейчас стаббер напряженно смотрит на нас в бинокль, повернулся и махнул левой рукой.

– Что было бы, если б ты дал отмашку правой? – как бы между делом поинтересовался Директор.

– Вы проницательны, – кивнул я. – Но сейчас это уже неважно…

Итак, мы сидели за столом… а мои мутанты продолжали держать под прицелом Стену. Я не исключал любого расклада. Поэтому у Шерстяного тоже были часы и особые инструкции на случай, если я не вернусь, когда стрелки сойдутся на цифре «3».

Я только что рассказал все, и стаббер подтвердил мои слова.

Директор задумчиво потер виски.

– И чего ты хочешь?

Золотая монета, пущенная моей рукой, покатилась по столу. Правитель Зоны прихлопнул ее ладонью, поднес к глазам, внимательно рассмотрел. Вопреки моим ожиданиям, пробовать на зуб не стал.

– Откуда я знаю, что она не из какой-нибудь старой коллекции, раскопанной на территории Москвы? – поинтересовался он.

Отличный вопрос. Если бы он спросил «что это значит?» или нечто подобное в этом роде, я бы в нем разочаровался.

– Много вы видели монет восемнадцатого века в такой сохранности? – задал я встречный вопрос. – Этот червонец не был в обращении и сразу с монетного двора попал в сундук.

– Действительно, анциркулейтед! – выдал Директор мудреное слово. – И много у вас таких сундуков?

– Шесть, – сказал я. – И в каждом этого добра навалом. Это не считая изделий и золотого лома.

– И почему вы не сказали об этом сразу?

– А вы бы стали слушать бродягу, пусть даже с монеткой такого качества в кармане? – усомнился я. – Я ж не вчера родился и прекрасно понимаю, что предложение гор золота на эшафоте выглядит как попытка спастись любой ценой, а не как деловое предложение.