— Тогда позаботьтесь запереть за мной дверь, иначе к вам может проникнуть кто-нибудь куда более опасный, чем я.

— Такого я просто не могу себе представить.

Все же она накрепко заперла за ним дверь и заодно проверила все окна. Только после этого снова села к мольберту.

Но работа не клеилась. Из головы Дейвины не выходили слова Джея, а потому сконцентрироваться на рисунке она не могла. Да и вообще после их близости в Лондоне Джей Прескотт занимал все больше и больше места в душе и мыслях Дейвины. Вместе с тем она никак не могла понять, почему после той ночи Джей упорно избегал дотрагиваться до нее. Более того, он явно попытался представить дело так, как будто никакой близости между ними никогда не было. Но ведь это произошло! И Дейвина вопреки всему была почти уверена, что теперь она значит для Джея не меньше, чем он для нее.

«Ты себя обманываешь, Дейвина, — думала она. — Если бы ты для него что-то значила, он бы прямо сейчас уложил тебя в постель. И уж конечно, был бы крайне раздражен, застав тебя с Тоддом».

Как ни тяжело было себе в этом признаться, Дейвина не могла найти разумного объяснения поведению Прескотта. И постепенно начинала приходить к выводу, что оказалась всего лишь игрушкой в его руках, с которой Джей упражнялся в гибкости собственного интеллекта, попутно удовлетворяя свои сексуальные потребности…

Когда пришло время собираться на девичник, Дейвина долго не могла выбрать, во что одеться. В конце концов она остановилась на платье с мягкими складками и короткими рукавами, застегивающемся на длинный ряд протянувшихся от самой шеи донизу пуговиц. Что касается чулок, то в столь жаркую погоду можно было вполне обойтись и без них. Тем более что загорелые ноги Дейвины вполне гармонировали с коричневым цветом платья.

…Радушие и теплота, с которыми ее встретили Таня и Патти, удивили Дейвину. Патти широко улыбнулась и многозначительно кивнула в сторону лестницы:

— Вы не хотели бы сразу же подняться наверх? Мы решили все собраться в спальне хозяина дома.

— Все? — удивленно спросила Дейвина.

— Именно так. Разве Джей не сказал вам, что у нас на сей раз будут двое наблюдателей мужского пола?

— Насколько я поняла, одним из них намерен стать сам Джей. Так?

— Так. Но разве в этом есть какая-то разница?

— Полагаю, что нет, — согласилась Дейвина, низ живота которой уже предвкушал близкое наслаждение.

Втроем они поднялись наверх в комнату Джея, где у дальней стены уже сидели сам хозяин и Тодд. Таня закрыла дверь и повернула ключ в замке.

— Нам вовсе не нужно, чтобы сюда вошел, скажем, Клайв, — сказала она под общий смех.

— Не хотите ли вина? — спросила Патти, протягивая Дейвине бокал светлого искрящегося напитка, который та приняла с благодарной улыбкой. — Не волнуйтесь и не нервничайте, дорогая!

Патти сначала сняла джинсы, плотно облегавшие ее бедра и ягодицы, а затем темную кофточку, подчеркивавшую достоинства бюста. После чего осталась лишь в бюстгальтере и бикини, которое только прикрывало ее лобок. Таня тоже сбросила с себя платье, под которым оказалось голое тело, что немало удивило Дейвину.

— Раздевайтесь, — сказала Таня, с улыбкой кивнув Дейвине. — А потом мы все уляжемся в кровать и расслабимся.

Через несколько минут Дейвина уже сидела на краю кровати между двумя обнаженными женщинами, которые взасос целовали ее груди, губы, плечи, шею… Очень скоро Таня перенесла свои ласки на Патти, но при этом продолжала крутить сосок Дейвины, который быстро твердел и увеличивался в размерах. Патти же положила свою ладонь сначала на лобок Дейвины, а затем опустила в промежность.

Тело Дейвины тут же отреагировало конвульсивной дрожью.