Полковник:

- Не злись ты, Петровна. Знаем мы, знаем!..

Нина Петровна:

- Так чего же тогда сидите и водку дуете?! Нет, ну ты смотри! Знают и пьянствуют! Да ты им хотя бы скажи, Люба! Сил же моих нет больше. Как треснула бы!..

Люба:

- В самом деле, мужчины, надо же что-то делать...

Профэсор:

- А что? Что мы можем сделать?!

Нина Петровна:

- Это уж вы сами придумывайте - что. В конце концов, вы мужики... Узнайте хотя бы, кого куда отправлять будут.

Полковник:

- И как же мы это узнаем? Нам что, Анну в плен взять и допросить с пристрастием?

Нина Петровна:

- Мужики вы или не мужики! Придумайте что-нибудь. Да ну вас, кулемы. Люба, пойдем. Толку от них, что с козла молока...

Выходят. В дверях сталкиваются с Президентом.

Президент:

- Красавицы, куда же вы? Посидели бы с нами. Что это с ними? Вы их обидели, что ли?

Полковник:

- Обидишь их... Расстроились, что расселять нас будут, узнайте, говорят, кого и куда, вы мужики, сделайте что-нибудь. А что мы можем?

Президент:

- Действительно. Так вы бы так и сказали.

Полковник:

- Мы именно так им все и обсказали. А они заладили свое: вы мужики, вы мужики, узнайте, сделайте что-нибудь... А кто нам скажет? Кто с нами здесь считаться да церемониться будет? Мы же для обслуги хуже крепостных, у заложников прав и надежд больше. А мы - что? Зачтут завтра списки, рассадят по автобусам и: "дан приказ ему на запад, ей в другую сторону...".

Президент:

- Так-то оно так... А, впрочем, что мы, действительно, можем? Эх, пропади все... Черт с ней, с печенью, наливай и мне по такому случаю отвальную, выпьем хотя бы вместе напоследок... Ну, будьте здравы! Ууууу-ух! Крепка советская власть... И где вы такую отраву берете?

Иван Иванович:

- Ты закуси, закуси. Во, во. А "бронебойную" эту - Циклоп принес.

Президент:

- Где он сам-то?

Полковник:

- Конфуз здесь у нас приключился...

Что-то рассказывает Президенту. Свет гаснет.

Там же, спустя некоторое время. Все изрядно пьяны, поют вразброд:

Полковник (пристукивая по столу кулаком):

- Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин

и Ворошилов в бой нас поведет!...

Иван Иванович:

- Раскудрявый, клен зеленый, лист резной. Да раскудряаааааавыыыый такой. Ой, кылен кудырявыаааааай такооооооооой...

Президент:

- Не, не. Постойте, мужики. Так дело не пойдет. Ну что вы такое поете? Ну, кто так поет? Ну, кто? Какой такой раскудрявый с твоей-то лысиной? Ты, Ванюша, совсем не того, да и слова не помнишь, а туда же! Ну, кто так поет? Кто? А ты, Полковник? "Товарищ Стаааалин..." ты бы еще "Боже царя храни" спел... Ну, кто так поет? А?

Иван Иванович:

- А ты что, знаешь, как петь, что ли?

Президент:

- Конечно, знаю! У меня отец в церковном хоре регентом был, если хочешь знать!

Профэсор:

- Рррренеггатом? Ик... Ррренегатом это... ик... нехоррошо, ик...

Президент:

- Дурак ты, а не Профэсор. Не ренегатом, а ре-ген-том. Во как: ре-ген-том. Это значит, что хором он руководил церковным. Вот счас, вспомню, во, во: Кхххм шмшым, кхмыыыыммшмммм. Ооооооо, ааааааа, кхм, кхыыых, мымныг... да... Реееее, сииии, сооль. Рееее, рееее, сиииии, соооль... Во, во получается. А теперь давайте хором, только не перебивайте друг друга, ииии - раз! На речке, на речкеее, на том берегуууу...

Все:

- Мыла Марусенька белые ноги!

Мыла Марусенька белыееее ногииии,

белые ногииии, лазоревы очииии.

Плыли к Марусенькеееее серые гусиии,

плыли к Марусенькеее...

Двери распахиваются. На пороге Анна Иоанновна.