– Я люблю тебя, Колин.
– Я тоже люблю тебя. Сердце мое, а больше ничего ты не хочешь мне рассказать?
Алесандра ему не ответила. Колин сунул руку в карман и вытащил оттуда список.
Она не отодвигалась от него.
Колин развернул листок бумаги.
– Я хочу, чтобы у тебя была возможность рассказывать мне все, – объяснил он. – Начиная с этого момента и дальше.
Алесандра попыталась отстраниться, но Колин обнял ее крепче.
– Я не противился разговорам о моей ноге, не так ли?
– Да..
– Прости меня, сердце мое. А теперь сиди тихо, пока я буду отвечать на твои вопросы, ладно?
– Но я ни о чем не спрашивала?
– Ш-ш-ш-ш, любовь моя, – остановил он жену. Колин прижал ее теснее одной рукой, держа в другой злополучный листок.
Пробежав глазами первый пункт, он произнес:
– Я ведь выслушал твое мнение насчет Виктории, не так ли?
– Да, но почему…
Колин снова не дал ей договорить.
– Потерпи, – скомандовал он. Он прочел следующий пункт.
– Я обещаю тебе изменить свое отношение к твоему наследству. – В скобках Алесандра написала слово «упрямый». Колин вздохнул:
– И я не буду упрямым как осел.
Третий пункт заставил его улыбнуться. Алесандра предлагала ему не ждать пять лет, а полюбить ее немедленно.
Поскольку Колин уже выполнил, этот пункт, то перешел к следующему. Ему надлежало испытать счастье от того, что он собирается стать отцом; далее ему не полагалось сердиться на жену за вмешательство в его планы. И наконец: «Могут ли беременные жены стать монахинями?» Колин решил ответить сначала на последний вопрос.
– Алесандра?
– Да, дорогой!
Колин поцеловал ее в макушку.
– Нет, – прошептал он.
Короткий смешок смутил ее. И его отрицательный ответ тоже.
– Что «нет», муженек?
– Беременные жены не могут постригаться в монахини.
Алесандра спрыгнула бы с его колен, если бы, конечно, могла. Колин крепко прижимал ее к себе, пока она наконец не успокоилась.
Алесандра, запинаясь, бессвязно заговорила:
– Ты знал… все это время… О Господи, этот список! Он у тебя в руках. Так вот почему ты сказал, что меня любишь!
Колин приподнял ее подбородок и крепко поцеловал.
– Я понял, что люблю тебя, и без твоего списка, – сказал он жене. – Тебе нужно доверять мне, Алесандра. И открыть все, что у тебя на сердце.
– Но…
Колин закрыл ее рот поцелуем. Когда он чуть отодвинулся, то увидел слезы у нее на глазах.
– Итак, я задаю тебе один-единственный вопрос, – сказал он. – Ты ничего больше не хочешь мне сказать?
Алесандра медленно кивнула. Ее муж выглядел до самоуверенности довольным. Боже правый, как она его любит! И в глазах Колина она увидела то же самое чувство.
Да, конечно, он был счастлив узнать о ребенке. |