– Понятия не имею, – сказал заспанный часовой и подтолкнул ее в сторону лестницы, ведущей во двор. – Но думаю, лучше всего показать ее майору.

Он отпустил наконец девушку и вернулся в комнату за своей каской, которую оставил там, когда устраивался на отдых. И в тот же миг второй вплотную придвинулся к Магде. Не раздумывая, она бросилась к пролому в стене, по дороге толкнув первого часового так, что тот кубарем влетел в темную боковую комнату. Встречи с Майором она бы, наверное, уже не вынесла. Если ей удастся сейчас прорваться вниз, то это последняя возможность спастись – ведь только она знала этот тайный Маршрут.

И вдруг ей будто обожгло затылок, и Магда чуть не повисла в воздухе. Второй солдат успел схватить ее за волосы как раз в тот момент, когда она повернулась, чтобы бежать. Он с силой дернул девушку назад, но и этого ему было мало. Слезы брызнули из ее глаз, когда эсэсовец медленно подтащил ее за волосы к себе и, положив вторую руку между грудей, прижал Магду к стене.

От боли и ужаса у нее перехватило дыхание, и когда она почувствовала головой удар о холодный камень, то почему‑то подумала, что сейчас обязательно должна потерять сознание. А все, что она слышала в следующие секунды, уже показалось Магде далеким и нереальным.

– Я надеюсь, ты ее еще не убил?

– Нет, с ней пока все в порядке.

– Она, кажется, забыла, где ее место!

– Наверное, ее давно уже не учили уму‑разуму.

Потом голоса ненадолго смолкли, и Магда услышала еще одно только слово:

– Сюда!

Она барахталась в каком‑то тумане, перед глазами все плыло, тело не слушалось. Немцы потащили ее за руки по холодному каменному полу, потом свернули куда‑то за угол, подальше от света. Наконец Магда поняла, что лежит теперь в одной из маленьких боковых комнат. Но почему?.. Здесь солдаты отпустили ее, и Магда догадалась, что они закрывают дверь, так как в комнате сразу стало темно. Потом они, неуклюже толкаясь, навалились на нее всей своей тяжестью и начали поспешно готовиться получить удовольствие, при этом активно мешая друг другу, поскольку один пытался стащить с нее юбку, а другой, наоборот, задрать ее повыше, чтобы можно было добраться до трусов.

Она хотела закричать, но голос почему‑то пропал, и сопротивляться уже не было сил – руки и ноги казались сделанными из свинца и больше не слушались ее. Магда даже не испугалась по‑настоящему, потому что смысл происходящего доходил до нее сейчас с огромным трудом, преодолевая какую‑то туманную толщу неверия и безразличия. Все было, как во сне. За плечами сгорбленных сопящих солдат она ясно видела светлый контур двери, и ей хотелось только выбраться туда, на свет.

И вдруг свет пропал, будто дверь закрыли плотной портьерой. Магда почувствовала, что там, в коридоре, кто‑то есть. И в тот же миг раздался оглушительный треск. Двухдюймовая дубовая дверь разлетелась в щепки, с ног до головы покрыв всех троих мелкими обломками дерева. Чей‑то мощный силуэт заслонил почти весь проем, преградив доступ свету из коридора.

«Гленн!» – мелькнуло у нее в голове, но эта надежда сразу погасла, как только в комнату пахнуло холодом, и чувство жуткой опасности сковало все ее существо.

Перепуганные насмерть эсэсовцы с громким криком отскочили в сторону. Темная фигура шагнула внутрь, и Магде показалось, что она растет на глазах, раздуваясь и увеличиваясь в объеме. Солдаты в панике рванулись за своим оружием, спотыкаясь по пути о распростертое на полу тело девушки. Но они были слишком нерасторопны. Незнакомец оказался куда проворнее – он наклонился и с невероятной ловкостью одновременно схватил обоих эсэсовцев за горло, а потом снова выпрямился во весь свой исполинский рост.

Увидев, что происходит, Магда начала постепенно понимать суть событий. И наконец вся полнота ужаса дошла до ее затуманенного сознания. Перед ней стоял сам Моласар – его гигантский черный силуэт заслонял свет из коридора, а вместо глаз горели как угли две ярко‑красные точки.