Талисман Моласара – ключ к его силе и могуществу. Куза смотрел на него с благоговейным трепетом. Да, эта вещь, несомненно, обладала магической силой, и профессор даже чувствовал, как с поверхности металла в его руки вливается свежая энергия. Наконец, он приподнял свою находку над головой, желая продемонстрировать ее Моласару, и вдруг ему показалось, что талисман вспыхнул голубоватым огнем, на мгновение осветив все вокруг. Хотя, может быть, это было просто отражение фонаря от влажной стены или чего‑то еще.

– Я нашел его! – радостно крикнул Куза. Но Моласара нигде поблизости не было. Зато профессор заметил, что трупы начали отступать, когда он поднял крестообразный предмет над собой.

– Моласар! Вы меня слышите?

– Да. – Голос звучал откуда‑то издалека, будто из глубины туннеля. – Теперь вся моя сила полностью в твоих руках. Тщательно оберегай этот талисман! Смотри, чтобы он не попал в чужие руки, и спрячь его в надежное место!

Куза в возбуждении прижал тяжелую ношу к своей груди.

– Когда я должен спрятать его? И как мне выйти из замка?

– Это произойдет меньше чем через час. За это время я управлюсь со всеми захватчиками. Теперь они сполна заплатят за то, что нарушили мой покой и пришли сюда без приглашения.

* * *

В дверь сильно стучали и громко звали майора. Голос был, кажется, сержанта Остера, но звучал он как‑то истерично. Однако Кэмпфер никому уже так просто не доверял. Поднявшись с постели, он первым делом схватился за свой «парабеллум».

– Кто там? – с раздражением спросил он. За сегодняшнюю ночь его беспокоили уже второй раз! Первый раз – из‑за нелепой вылазки на мост с этим несчастным евреем, и вот теперь снова. Майор посмотрел на часы: почти четыре утра, скоро уже светать начнет! Кому он мог понадобиться в такое время? Может быть, опять кто‑то умер?

– Это сержант Остер, господин майор.

– Ну, и что у тебя на этот раз? – грозно спросил Кэмпфер, приоткрыв дверь.

Одного взгляда на побледневшее лицо Остера было достаточно, чтобы майор понял: случилось что‑то из ряда ион выходящее. Скорее всего, опять смерть, но теперь уж какая‑нибудь совсем необычная.

– Капитан, господин майор. Капитан Ворманн!..

– Его убили? Ворманна? Офицера?!

– Он сам покончил с собой, господин майор.

Кэмпфер тупо уставился на сержанта и несколько секунд молчал, очень медленно приходя в себя и с трудом осознавая услышанное.

– Жди здесь. – Кэмпфер закрыл дверь, наскоро надел брюки, сапоги, накинул поверх рубашки форменный китель, даже не удосужившись застегнуть его, а потом вышел к сержанту. – Где труп?

Следуя за Остером по направлению к разобранной части замка, майор все лучше понимал, что самоубийство Ворманна беспокоит его куда сильнее, чем если бы ему просто сообщили, что капитан убит точно так же, как и все остальные. Это совсем не было похоже на Ворманна. Да, люди с годами меняются, но Кэмпфер не мог представить себе этого бесстрашного бойца, который в шестнадцать лет в одиночку обратил в бегство целую роту англичан, так внезапно кончающим жизнь самоубийством, несмотря ни на какие обстоятельства, о которых майор мог и не знать.

И тем не менее, Ворманн мертв. Единственный человек, который с полной ответственностью мог указать на него пальцем и обвинить в трусости, теперь сам замолчал навеки. Конечно, Кэмпферу это только на руку – теперь ему будет намного легче. Слишком уж много оскорблений ему пришлось снести от капитана с тех пор, как он приехал сюда на помощь. И потому именно такая смерть Ворманна доставляла майору особое удовлетворение.