– А может, я пойду? – предложил Прыгун. – В темноте я вижу куда лучше тебя.

– Нет, – возразил Дор. – Каждый будет заниматься своим делом. Ты не умеешь разговаривать с предметами и не поймешь, что скажет дракон, а я не умею с твоей ловкостью взбираться на деревья и прикреплять паутинки к стенам замка. С драконом буду говорить я. А ты будь готов доставить новости, если... если я не выйду из пещеры. Ведь Милли может получить твой сигнал.

– Я согласен с тобой, дружище Дореми, – сказал паук, коснувшись одной из передних лап руки друга. – Буду прислушиваться у входа и вернусь в замок один, если понадобится. В случае чего вытащу тебя из пещеры. Ну, смелей, приятель.

– Я весь дрожу, – сказал Дор и сразу вспомнил, что говорила о храбрости горгона: «Если трус продолжает идти вперед и не отступает, значит, он храбрец». Слабое успокоение, ну уж какое есть. Может, ему на роду написано стать павшим смертью храбрых героем, а не смертельным трусом. – Если... если со мной что‑то случится, попытайся спасти хотя бы частицу моего тела и сохрани при себе. Мне кажется, я целиком нахожусь под властью возвратного заклинания, и оно поможет тебе вернуться, когда придет время. Не хочу, чтобы ты оказался в плену у этого мира.

– Тут не так уж плохо, – ответил Прыгун. – С каждым поворотом что‑нибудь новое.

«Слишком много поворотов!» – подумал Дор. Собравшись наконец с духом, он полез в пещеру. Внутри оказалось тесно, коридор все время сужался, но это вовсе не означало, что хозяин пещеры невелик. Драконы, как правило, длинные и извилистые.

Темный, хоть глаз выколи, коридор все время извивался.

– Предупреждай меня, если впереди будет обрыв, выступ или еще какая‑нибудь опасность, – потребовал Дор у стены.

– Предупреждаю: в пещере живет дракон! – ответила стена. – Нехилая опасность!

– Было бы здесь чуть посветлее, – пробормотал Дор. – Жаль, что нет со мной волшебного кольца.

Ворчание донеслось откуда‑то снизу. Дракон!

– Света тебе мало? – перевела стена. – Сейчас получишь! – И стены коридора лизнули языки пламени.

– Это уж слишком! – крикнул Дор, на которого так и пахнуло жаром.

Огонек прикрутили. Ясно, что дракон понимает человеческую речь и не собирается вредить почем зря. Что дракон попался не совсем тупой, вроде бы и хорошо, да не совсем. Если и есть что опаснее дракона, так это умный дракон. Кому быть королем, как не умнейшему? Но, наверное, и ярости ему не занимать.

Дор оказался наконец в брюхе пещеры. В самом логовище дракона! Дракон дохнул пламенем, и пещера ярко осветилась. Потом опять стемнело. И снова вспыхнуло. В огнях пламени пещера так и засияла, потому что была выложена драгоценными камнями. А как же иначе! Да не теми крохотными камешками, которые когда‑то добыл огр Хруп у маленького летающего дракона, а громадными, достойными жилища короля драконов. Алмазы и бриллианты преломляли свет, отражали, собирали, дробили. Отблески струились каскадом по потолку, по стенам, ниспадали на дракона, украшая его радужным великолепием. Огр Хруп стушевался бы перед таким величием!

Да и сам дракон сверкал не меньше! Переливающаяся чешуя, гладкая и плотная, как лучшая воинская кольчуга, покрывала его. Из пасти торчали громадные острые клыки – медные, которые так и горели. Морда сияла золотом. Глаза походили на полные луны, которые, в свою очередь, напоминали сыры, и когда свет менялся, глаза дракона тоже меняли цвет.

– Ты прекрасен! – воскликнул Дор. – Никогда прежде не встречал такого великолепия!

– Ты посмел разбудить меня какой‑то просьбой, – проворчал дракон.