— Александрин, — Мишель взял меня за руку, печально глядя мне в глаза, — не сочтите меня безумцем… Мне кажется, если бы я однажды совершил убийство, всё сложилось бы иначе…

— О чём вы? — я немного испугалось.

— О некогда проявленном малодушии, — виновато произнёс он, — из-за которого над княжной сгущаются тучи…

— Прошу вас, объясните, о чём речь? — взмолилась я.

— Если бы я знал! — в его голосе звучало скрытое отчаяние. — Всего лишь предчувствие… бесполезное глупое предчувствие…

Из записей княжны Анны

Сегодня мне вновь приснился странный пугающий сон. Мне снилась Настенька Лучина в белом погребальном саване. Её бледное почти прозрачное лицо напугало меня. Неужели у меня с нею, действительно, есть внешнее сходство. На мёртвом неподвижном лице живыми казались только тёмные глубокие глаза.

— Скоро мы встретимся, сестра, — произнесла Настенька таинственным голосом.

— Я вам не сестра! — воскликнула я.

— Скоро ты станешь моею сестрою, — повторила она, склонив голову на бок.

— Нет-нет! — закричала я. — Уходите, вы мертвы!

— Ждать осталось недолго, — повторила Лучина. — Тебе сказали про жизнь ценою жизни?

Она села рядом со мной на кровать. Её живые глаза пронзали меня.

Я с ужасом поняла, что Лучина накрывает меня с головой, неоткуда появившимся чёрным покрывалом. Из моей груди вырвался сдавленный крик… Я проснулась… Испуганно огляделась по сторонам… Никого… Просто страшный сон и ничего боле…

Странно, почему мне приснилась Лучина. Ведь я её мало знала, и ни разу даже не заговорила с ней. Её смерть даже не тронула меня. Почему Настенька явилась ко мне во сне?

Со мной происходят необъяснимые вещи. Я не могу вспомнить о том, что я делала спустя несколько часов. Меня преследует слабость и головокружение. Мне мерещатся движущиеся тени на стенах. Но что особенно меня пугает… смерть Панарёвой… Мне кажется, что я убила её… Так просто, взяла нож и убила… Нож нашли в моей комнате… Неужели, я, действительно, убийца… Я не помню, как совершила это жестокое деяние… и не знаю, зачем совершила убийство…

Неужто я вновь смогу совершить подобное… От одной мысли мне становится страшно…

Сегодня я так отрадно побеседовала с Дмитрием Алеевым! Мне кажется, он стал для меня самым близким другом на свете. Как переменили его странствия. Помню, в отрочестве он был болезненным озлобленным мальчишкой, а теперь я не знаю более надёжного и мудрого человека.

Алеев, единственный, кому я могу рассказать о своих ночных кошмарах. Он слушает меня, найдя нужные слова утешения.

— Мне кажется, что меня подстерегает опасность, — поделилась я своим страхом.

— Я приложу все усилия, чтобы защитить вас, — пообещал Дмитрий.

Я поверила ему…

— Позвольте задать вам один вопрос, — взволновано произнёс он, — если вы сочтёте его дерзким, то можете не давать ответа…

— С вами мне бы хотелось быть честной, — ответила я уверенно.

— Меня беспокоит Громов, — Алеев запнулся, — вы, действительно, вскорости станете его невестой?

Вопрос поверг меня в смятение. Я не знала, как ответить. Алеев принял моё молчание за обиду, и поспешил извиниться.

— Нет-нет, я не сержусь, — я поспешила успокоить его, — мне, действительно, непонятны мои чувства к Громову… Он скучен и неинтересен, таким его сочтёт любой… Моё сердце равнодушно к его речам… но… если Громова долго нет рядом со мною, я начинаю испытывать необъяснимое беспокойство, все мои мысли заняты только ожиданием его визита…

Я запиналась, не понимая, как объяснить, почему не мыслю своего существования без человека, который мне абсолютно безразличен.