— Ты далеко не обыкновенная, и все совсем не просто. — Он достал сигареты, закурил и засунул пачку обратно в карман. — Если делаешь карьеру, это еще не означает, что надо отказаться от всего остального, ради чего стоит жить на свете. Роман украсил бы твою жизнь.

Керри чуть не уронила журнал, который держала в руках.

— Этот совет ты даешь всем женщинам, которые встречаются на твоем пути?

Адриан засмеялся:

— Это зависит от того, какая женщина, радость моя. С некоторыми лучше действовать, нежели говорить.

— А с Лиз? — спросила она.

— Лиз? — Выражение лица и тон его голоса изменились. — Лиз — это совсем другое дело. — Он опустил глаза, наблюдая за вьющимся дымком сигареты. — Между прочим, она достаточно взрослая и не нуждается в няньках.

Ну вот, сама нарвалась на выговор, подумала Керри и сейчас же пожалела о том, что задала этот вопрос. Адриан прав, Лиз действительно достаточно взрослая и сообразительная, чтобы принимать решения. Ей не требуются советы девицы, которая не может разрешить свои собственные проблемы.

Когда они ушли, Керри прошла в спальню и собрала там одежду для стирки. Большинство вещей принадлежало Лиз, у которой была привычка разбрасывать все по комнате. Керри наполнила кухонную раковину теплой водой, налила туда жидкого мыла, выстирала и выполоскала одежду, затем отжала и развесила на веревке в ванной. Стрелка часов лениво переползла за отметку «восемь». Керри принялась бесцельно бродить из комнаты в комнату, села на кушетку, попыталась почитать книгу и бросила эту затею через десять минут, так как не смогла осмыслить ни одного слова. Потом включила пылесос и начала чистить квартиру, хотя в этом не было никакой необходимости, потому что всего два дня назад они с Лиз устроили генеральную уборку. Но что-то нужно было делать, чтобы убить время.

В девять часов она приняла ванну, и, надев пижаму и халат, пошла на кухню согреть себе молока. Она как раз доставала бутылку из холодильника, когда в дверь позвонили. Впоследствии Керри сказала себе, что интуитивно знала, кто стоит на лестнице, за дверью, именно это заставило ее вздрогнуть и выронить бутылку. Она стояла и смотрела на свой большой палец, из которого сочилась кровь, когда Райан тихо вошел в комнату.

Тонкие пальцы крепко обхватили ее запястье. Он держал ее руку и внимательно изучал порез.

— Я думаю, осколок выпал из ранки, — решил он. — У вас есть аптечка?

— Да, она в ванной. — Голос девушки звучал странно, и Райан внимательно посмотрел на нее:

— Собираетесь упасть в обморок? Нечего стыдиться. Многие люди не переносят вида собственной крови. Постарайтесь об этом не думать, а пока сделаем перевязку.

В ванной он посадил ее на табуретку, нашел все необходимое в аптечке, обработал порез и перевязал палец. Потом заставил ее сесть у камина, а сам прибрал на кухне. Закончив, он принес горячий кофейник.

— Ну как, вам лучше? — спросил он и подал ей чашечку кофе.

— Гораздо. — Ни за что на свете она не смогла бы сейчас посмотреть ему в глаза. — Простите, я вела себя глупо.

— Ничего подобного. Просто вы очень впечатлительны, — сказал Райан, усаживаясь напротив девушки. — Когда я услышал шум, испугался, что вы опять карабкаетесь на табуретку, поэтому и попытался открыть дверь. Кстати, вы всегда оставляете ее не закрытой на щеколду, когда остаетесь дома одна?

— Нет, очевидно, я забыла закрыть ее, когда Лиз уходила.

— Ну хорошо, не делайте так больше. Кто знает, кому взбредет в голову войти в квартиру. Кстати, а где же Лиз?

— Она… она что-то говорила о литературном диспуте…

К ее большому облегчению, он не задал вопрос, которого она так боялась, а вместо этого спросил:

— А почему вы не пошли вместе? У вас же так много идей, которые стоит обсудить.