Графиня усмехнулась и отправилась к себе в самом прекрасном расположении духа.

В кои-то веки ее душа была спокойна за Грега: лекарка хорошо обработала его, заставив принять ее помощь. Марджери достаточно долго наблюдала за ними из-за скрытого окна, с интересом слушала перепалку и вместе с Джейд была шокирована ужасающим отношением сына к здоровью. Весь в отца, упрямец! И тот тоже слушал только жену...

Марджери кивнула служанке, принесшей ужин. Указав той на стол, встала перед зеркалом и задумчиво покрутила перстень рода Баррингтонов, вспоминая, что заметила точно такой же на пальце Джейд.

Глупые детишки затеяли собственную игру против бедной матери!

Как только не стыдно?

Марджери улыбнулась своему отражению. Она давно знала сына и прекрасно понимала теперь, что руководило им, когда он сделал столь поспешное предложение лекарке. Однако если о первой причине своего поступка сын знал, то о второй, возможно, только догадывался. Сделал он это несомненно назло Марджери. Поняв, как не нравится ей мисс Дэвис, Грег просто обязан был проявить интерес...

Но вторая причина крылась куда глубже. Марджери и сама обнаружила ее лишь этим вечером. Схожесть характеров. Мисс Дэвис вовсе не была глупой дурочкой, какой показалась графине изначально. И это наверняка подтвердят письма-ответы от знающих людей из столицы, запросы которым Марджери разослала после первой же их встречи. Тогда она надеялась узнать нечто порочное и гадкое, дабы осторожно досадить дерзкой девчонке, но теперь. Теперь графиня почти не сомневалась — Джейд Дэвис не так проста, и именно этим она зацепила Грега. Но что ей нужно от него? Каковы условия ее согласия на эту фикцию?..

— Полин, — Марджери обернулась к служанке, закончившей раскладывать приборы на столе, — у меня будет к тебе одна просьба. Насколько знаю, твоя матушка дружит с той женщиной, работающей в больнице...

— Мартой, — кивнула девушка.

— С ней. Так вот, мне нужно кое-что узнать. Как можно скорее.

Грег проснулся от боли — затекла шея.

Открыв глаза, он тихо застонал и выпрямился, разминая тело. Однако очень быстро замер, пытаясь понять, где находится. Веранда. Полупрозрачный магический купол с едва заметными сиреневыми разводами на окнах. Сам он этого не делал, значит, мама постаралась.

Воспоминания пришли быстро, накрыли холодной волной. Грег посмотрел на свое плечо, пошевелил рукой и одобрительно усмехнулся. Впервые за несколько дней боль притупилась. Но как он позволил себя усыпить?

Поднявшись, граф подхватил с пола легкое одеяло, забрал с соседнего кресла свою рубашку и пошел в дом, гадая про себя, где теперь мисс Дэвис и матушка? Состоялся ли ужин и не произошло ли смертоубийства?

Поднявшись наверх, Грег прежде всего зашел к графине. Укутавшись в теплый халат, она полулежала на диване, что-то читая. Волосы матери были заплетены в косу, а на лице красовалась какая-то бурда красного цвета — очередная омолаживающая кожу смесь.

— Дорогой мой, ты проснулся! — Матушка поднялась ему навстречу, отложив в сторону книгу. — И даже рубашку решил накинуть.

— Да, решил. Удивлен, что ты еще не в постели, — быстро перевел тему он.

— Я как раз собиралась прилечь, — кивнула графиня, — но зачиталась.

Грег мельком посмотрел на книгу и удивленно недоверчиво уточнил:

— Любовный роман?

— Почему бы и нет? — Она тихо рассмеялась, поясняя: — Решила вспомнить молодость. Герои весьма забавные — страстные, пылкие, совершают глупые поступки, а потом от души страдают, спрашивая у богов, за что? Занятно, правда?

Грег усмехнулся в ответ, прекрасно понимая намек матери на его спешное решение обручиться с мисс Дэвис.

— Очень занятно, — кивнул он. — А где Джейд? Ты отправила ее в больницу?

— Нет, она в розовой спальне, — беспечно отозвалась матушка.