Муж Алиши бросился в холл встречать полисмагов и стражников, чтобы позвать их в гостиную, где, собственно, и расселись пострадавшие в ожидании сильно опоздавшей защиты. И — увы — на этом плохой вечер для Джейд не закончился.

— Где мисс Дэвис? — услышала она до боли знакомый и очень, просто очень злой голос.

— Прошу. Сюда, — отозвался мистер Войс Дэквуд.

Обернувшись, Джейд увидела Грегори Баррингтона во всей его красе. Высокого, статного и пышущего негодованием.

Он встал в дверях полубоком, пропуская перед собой стражников с полисмагами, и уставился на нее не моргая. Джейд попятилась, но была остановлена его приглушенным:

— Куда же вы, дорогая? Не в ту сторону.

— Я? — На всякий случай Джейд посмотрела на миссис Дэквуд. Та вскинула брови и покачала головой, открещиваясь таким образом от сомнительной чести быть для графа дорогой.

Несколько полисмагов принялись здороваться с хозяйкой дома и бросать на Джейд угрюмые взгляды. Стражники, среди которых она увидела и Рондона Айсита, недавно лечившего важные органы от свидетельства измены, обходили ее стороной, стараясь лишний раз даже не встречаться взглядами.

— Мисс Дэвис! — снова позвал его сиятельство, двинувшись вперед. — Джейд.

Она громко втянула воздух носом.

— Джейд? — повторила тихо, вытаращив глаза.

— К чему формальности, когда весь город знает о моих чувствах? — граф оскалился.

Стражники и полисмаги окончательно рассыпались вдоль стеночки. Как только места столько нашли в маленькой комнате?!

— О чувствах? — Джейд тронула пуговку на вороте платья, ей стало тяжело дышать.

— Да, — кивнул граф, останавливаясь прямо перед ней. — С тех пор как я вас встретил, схожу с ума. Я ведь уже говорил сегодня. Забыли? Это сущая правда.

Он улыбнулся шире, и ей показалось, будто кожа на его щеках вот-вот треснет от натуги.

Джейд нервно забормотала:

— Но сейчас вы вполне в себе. Здоровый, здравомыслящий...

— Это все видимость, — заверил он, не стесняясь ни Дэквудов, ни стражей порядка, бессовестно подслушивающих разговор. — На самом деле я едва себя, контролирую, мисс... Джейд. От обуявших меня эмоций так и хочется совершать самые необдуманные поступки.

Он сжал челюсть, на ней появились желваки.

Джейд, уши которой горели от стыда, с тоской посмотрела на выход и предложила:

— Возможно, нам стоит объясниться где-то в другом месте и без свидетелей?

— Ну что вы, пусть все знают, что это с... сокровище, — он вскинул руку и провел подушечками пальцев по ее побледневшему лицу, — теперь только мое. Вы ведь не откажетесь принять предложение руки, дорогая?

— Разве стоит нам спешить?

Глаза графа блеснули сиреневым.

Он медленно кивнул, как бы намекая, что не надо отказываться. Ради своего же блага. Что лучше достойно принять окольцовку, потому как сам он и правда сходил с ума, жаль только

— не от любви...

И пока Джейд, прикусив губу, растерянно думала над его словами, Грегори Баррингтон снял с мизинца перстень с большим красным рубином и взял её за руку, быстро нацепив на безымянный палец кольцо.

— Вот так. Теперь вы — моя невеста, дорогая!

— Как, уже?!

— А чего тянуть?

— Я бы немножко потянула.

— Не скромничайте, драгоценная моя! Завтра нас поздравит местный еженедельник и — возможно — моя матушка! — низким злым голосом проговорил граф. — Вы рады, ненаглядная моя?

— Я... Никогда еще не была в таком шоке... — тоскливо ответила Джейд. — Даже не знаю, заслужила ли подобное счастье?

— О, еще как!!! — заверил Грегори Баррингтон, на этот раз сжав ее плечи.