Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
Кое-кто все-таки умер, хотя звонили мне.

— Одна из твоих сотрудниц кого-то убила, Рорк?

— Нет. — Поскольку Ева так и не сдвинулась с места, он подошел к ее гардеробу и достал брюки и рубашку. — Она в панике, сознание спутанное. Каро говорит, что речь у нее бессвязная. На Риву это не похоже. Она работает в отделе разработки охранных систем. Главным образом проектирование и установка. Надежна, как скала. Несколько лет проработала в Секретной службе. Ее нелегко выбить из колеи.

— Ты так и не сказал мне, что случилось.

— Она обнаружила своего мужа в постели с подругой, в ее доме. Она нашла их мертвыми. Уже мертвыми, Ева.

— И, обнаружив двух мертвецов, она связалась с твоей секретаршей, вместо того чтобы вызвать полицию?

— Нет. — Рорк сунул охапку одежды в руки Еве. — Она связалась со своей матерью. Каро не только моя секретарша, она — мать Ривы.

Ева взглянула на него, тихонько выругалась и начала одеваться.

— Мне в любом случае придется об этом доложить.

— Я прошу тебя только подождать, пока ты сама все не увидишь, пока не поговоришь с Ривой. — Он взял ее за руки и заставил посмотреть ему в глаза. — Ева, я прошу тебя, я тебя очень прошу: не торопись. Ты не обязана докладывать о том, чего не видела собственными глазами. Я знаю эту женщину. Я знаю ее мать уже лет пятнадцать и доверяю ей, как мало кому еще. Они нуждаются в твоей помощи. Я в ней нуждаюсь.

Ева подхватила свою кобуру, застегнула ее.

— Тогда чего мы ждем? Поехали.

Стояла ясная ночь. Жара и духота, преследовавшие Нью-Йорк все лето, сменились свежестью наступающей осени. Движение было редким, так что короткая поездка не потребовала от Рорка никаких усилий. Жена его замкнулась в себе — не задавала вопросов, не требовала разъяснений. Очевидно, не хотела, чтобы лишняя информация повлияла на ее собственные впечатления, на то, что она увидит, услышит и почувствует.

Ее узкое угловатое лицо было сосредоточенно, в золотисто-карих глазах появилось непроницаемое выражение. Широкий, щедрый рот, еще недавно такой горячий и нежный под его губами, теперь был крепко сжат. Она превратилась в полицейского.

Рорк оставил машину в запрещенном месте и, опередив Еву, включил сигнал «На дежурстве», так как это была ее полицейская машина. Она ничего не сказала, молча вышла на тротуар и остановилась — высокая, стройная, с небрежно подстриженными волосами, все еще взлохмаченными после ночи любви.

Он подошел к ней и осторожно поправил, как мог, ее прическу.

— Спасибо тебе.

— Благодарить пока не за что. Шикарная берлога, — заметила она, кивнув на дом.

Не успели они взойти на крыльцо, как дверь распахнулась, и на пороге показалась Каро. Если бы не серебристая копна волос, Ева, пожалуй, и не узнала бы солидную и деловитую ассистентку Рорка в бледной перепуганной женщине, набросившей элегантный красный жакет прямо поверх голубой трикотажной пижамы.

— Слава богу. Слава богу. Спасибо, что так быстро приехали. — Она ухватилась за руку Рорка. — Я просто не знала, что мне делать. Примчалась сюда, даже переодеться не успела.

— Вы все сделали правильно, — заверил ее Рорк и повел обратно в дом.

До Евы донеслось сдавленное рыдание, перешедшее в судорожный вздох.

— Рива… ей нехорошо. По правде говоря, ей очень плохо. Я оставила ее в гостиной. Я не ходила наверх. — Каро выпустила руку Рорка и расправила плечи. — Мне показалось, что не следует туда ходить. Я ни к чему не прикасалась, только взяла для Ривы стакан воды на кухне, но ничего не трогала, кроме стакана и бутылки. Ах да, и еще ручку холодильника.

Быстрый переход
Мы в Instagram