Когда воз, влекомый дряхлыми лошадьми, приблизился, Лит поставил на чурбан сапоги, и, не торопясь, встал.

— Здоров будь, Вонючка, — пробормотал дядька Жор. — Товар наготовил, или пробездельничал?

Лит лишь кивнул головой в сторону навеса.

Углежог поднимал корзины на воз, мерины сонно взмахивали хвостами. Дядька Жор почесывал кнутом спину под латаным жилетом.

— С ногой-то что?

— Зацепил, — кратко объяснил Лит, ставя последнюю корзину с углем.

— Ты, того, осторожнее. Случись что, сгинешь в одиночку. Лес, однако. Вон, у Озерной облава давеча случилась. Живоглоты с месяц назад объявились, так из Кэкстона помощь прислали. Два десятка солдат, да еще слуги Светлого, что за храмом присматривают. Покололи вег-дичей, да прямо в озере утопили. Соображаешь?

Лит кивнул.

Дядька Жор глянул с жалостью, покачал головой:

— Ничего-то ты парень не соображаешь. Сказывают, один живоглот ушел, хоть и шибко пораненный. А у нас два дня тому как Рыжий Хофт из города не вернулся. Загулял, понятно, но слухи нехорошие уже пошли.

— Ясно.

— Да что ты меня всё обрываешь? — рассердился Жор. — Старших слушать да почитать нужно. Я уж не говорю, что без меня вовсе с голоду сдохнешь. Кому ты еще такой задичавший нужен? И нечего мне рот затыкать. Ишь, всезнайка выискался.

— Молчу.

— Вот и молчи, — дядька Жор сердито подергал корявыми пальцами хвост кнута. — Я, может, тебе одолжение хотел сделать. Завтра мне на рынок ехать. Поможешь? С меня половина «щитка» и харч. Ну и на город полюбуешься.

Лит глянул вопросительно.

Жор замялся, потом объяснил:

— Торек со мной ехать не может. Прихворнул. А Рыжий Хофт всё шляется где-то. Одному мне несподручно. Съездишь? Тебе, все одно делать нечего.

Лит кивнул.

— Ну и хорошо. Вдвоем веселее. И время-то такое…

— Топор возьму.

— Вот-вот, — Жор взялся за вожжи. — Утречком, как забрезжит, к дороге выходи. И помойся ради такого случая. Люди ведь смотреть будут.

Воз скрылся за деревьями, а Лит все стоял, ухмылялся. Удачно все складывается, прямо удивительно. Все раздумывал, как в город выбраться, а тут само собой сложилось. Там на рынке еще бы подходящих людей найти. Глупить нельзя, мигом облапошат. Нутряной жир вег-дича — это не уголь. Тут десять раз подумать нужно.

До Кэкстона добрались без приключений. Солнце только выползало из-за леса. По сути, не так уж далеко ехать, за день туда-обратно и пешим ходом управишься. Только в одиночку мало кто рискует ходить. Здесь, к востоку от Кэкстона, всего две деревни, да четыре хутора. Дорога одна — та, что в Сон-озеро упирается. Дальше ни людей, ни мирных дарков — леса дремучие, горы мертвые, медвежье да волчье королевство. Вот на юг да на юго-запад — иное дело. Там и столица, и земли населенные. Говаривают, даже до моря теплого можно добраться.

— С чего взяли что оно теплое? Вранье.

— Знающие люди говорят. Теплое и льда не бывает.

Веришь? Те люди говорят, что и зимы там нету.

А что? Там же магов полно. Греют колдовством себя, вот и…

— Ну, простофиля. Любой дури готов поверить.

— Почему дури? Вот в Книге тоже ни слова о зиме нет.

— Книга неполная. И о древних временах она.

— Все равно. Без зимы интереснее жизнь представлять.

Дядька Жор обернулся, потянул носом воздух, скривился страшно:

— Да что ж тебя в детстве не удавили-то, а? Говорил же — помойся.