Он нежно взял ее за подбородок и припод­нял голову. Они улыбнулись друг другу глаза­ми. Какие прекрасные глаза, подумала Кэтлин, темные, полные огня.

Кэтлин утонула в его взгляде, и тогда Рэйф наклонился и поцеловал ее. Его рот был теп­лым и мягким, язык мягким пламенем сколь­зил по ее губам. Она опустила голову на его плечо и раскрыла губы. Его рука скользнула по ее ягодицам, он крепче прижал ее к себе, чтобы она почувствовала, как Нужна ему.

– Кэти, Кэти, – шептал Рэйф, тепло и неж­но дыша ей в ухо. Он провел языком по ее шее, точно совершая магический обряд, и она затрепетала от возбуждения.

Рэйф легко поднял ее на руки, глядя в глу­бину ее глаз, сияющих нежностью и мольбой.

Он очень хотел ее, но все-таки спрашивал у нее разрешения. Она знала это, хотя Рэйф не произнес ни слова. Внезапно застыдившись, Кэтлин кивнула и охватила руками его шею.

– Кэти! – Рэйф страстно поцеловал ее и по­нес в спальню. Он бережно положил ее на кро­вать и встал, чтобы задернуть занавески.

Она следила за каждым его движением, и сердце ее застучало, как барабан, когда он остановился возле кровати и стал медленно раз­деваться. И сердце ее билось все чаще и чаще, когда он снимал рубашку, сапоги, брюки. Он не носил нижнего белья, и сейчас стоял перед ней обнаженный, стройный, сильный и краси­вый. И очень мужественный. Она улыбнулась, увидев, как явно дает о себе знать его жела­ние. Рэйф поднял брови:

– Ты находишь меня смешным? – спросил он, хитро улыбаясь. – Или ты просто чувству­ешь превосходство от того, что можешь спря­тать свои желания, а я – нет?

– Ни то ни другое, – ответила Кэтлин с улыбкой, ясной, как летнее солнце. – Я улы­баюсь, потому что ты прекрасен и потому, что ты здесь, со мной.

– Больше я нигде не хотел бы быть, – мяг­ко сказал Рэйф.

Он встал коленями на кровать и начал разде­вать ее. Огонь его взгляда передавался ей, кожа горела от острого желания. Рэйф быстро раздел ее и потонул в кровати рядом с ней, тесно при­жимая ее к себе. Его руки ласкали ее бедра, пос­тепенно разжигая страсть, и в конце концов она испытала чудесное и освобождающее чувство, которого раньше никогда не испытывала.

– Я люблю тебя, Кэти.

Он очень тихо сказал эти долгожданные слова. Так тихо, она едва услышала их. Ее гла­за наполнились слезами.

– Я люблю тебя, – снова сказал он, на этот раз громче, как будто во второй раз ему было легче признать это.

– О, Рэйф, – прошептала она, – пожалуй­ста, не обращай внимания на мои глупости. Я ведь не хотела тебя обидеть.

– Не надо, Кэти.

– Я так тебя люблю.

– Я знаю, – прошептал он, – я знаю.

Он погладил ее груди, потом его рука скольз­нула к животу. Наморщив лоб, он приподнял­ся на локте и посмотрел ей в лицо.

Зардевшись, Кэтлин отвела взгляд, но по­том посмотрела ему в глаза.

– Это правда, – прошептала она, – я бере­менна.

– Кэти!

– Ты против?

– Конечно, нет! – он сел и прижал ее голову к груди. – Когда? Как?

– Как обычно, – сказала она. Радость в ней била ключом. – Я думаю, он родится в феврале.

«Ребенок!» – подумал Рэйф. Ему нужно было привыкнуть к этой мысли. Ребенок – ма­ленькая девочка с золотыми волосами и изум­рудными глазами Кэти.

Февраль. Он посчитал и понял, что ребенок зачат, когда они были на тропе.

– Кэти! – он прижал ее к себе, не в силах произнести ничего, кроме ее имени.