Ее сердце громко стучало, пока она внима­тельно рассматривала его лицо. Она скользну­ла взглядом по очертаниям стройной фигуры под складками одеяла. «Он очень красив», – подумала Кэтлин, покраснев от смущения. Се­годня ночью она узнавала его тело, отбросив все условности, и осталась несказанно доволь­ной тем, что видела и к чему прикасалась. Ее пальцы гладили и ласкали его, а он удивлялся тому, что ее неопытные руки доставляют ему такую радость. Кэтлин почувствовала, как к щекам прилила кровь, когда вспомнила о его ласках и том наслаждении, которое она от это­го получала. Вдруг она поняла, что не может больше смотреть на него. Все ее ощущения были так новы и неожиданны, что ей захоте­лось побыть одной.

Выскользнув из постели, Кэтлин надела ха­лат и на цыпочках вышла из спальни. Нужно приготовить завтрак. Вскоре кухня наполнилась ароматом жареного бекона и сваренного кофе. Она стояла у плиты, взбалтывая яйца, ког­да почувствовала, как его руки обвились во­круг ее талии, а губы прикоснулись к шее.

– Доброе утро, женушка, – ласково поздо­ровался Рэйф.

– Доброе утро, муженек, – ответила Кэтлин шутя, но голос не слушался ее, а руки дрожали от ощущения близости. Она глубоко вздохнула его запах, и внезапно ощутила прилив желания.

Ладони Рэйфа скользнули вверх, по животу и накрыли ее груди. Нагнув голову, он зарылся лицом в ее волосы, наслаждаясь ароматом жен­щины и исходящим от нее ответным желанием.

– Кэтлин…

– Ты голоден?

– Я умираю от голода, – он говорил не о еде, и они оба это знали.

– Яичница почти готова, – заметила она.

– Оставь ее.

Кэтлин кивнула, погасила огонь и, повер­нувшись к нему, онемела от изумления и по­краснела, обнаружив, что он в сильном возбуж­дении стоит перед ней голый.

– Ты решил именно в таком виде появлять­ся на завтрак каждый день? – спросила она, подавляя счастливый смех, готовый вырвать­ся из ее груди.

Рэйф улыбнулся.

– А ты против?

– О, нет, – ответила Кэтлин, медленно по­качав головой. – Это как раз то, что надо.

Он широко улыбался, пока нес ее на руках к кровати.

В этот день завтрак они пропустили. И обед тоже.

Рэйф сделал глоток горячего черного кофе и испустил протяжный удовлетворенный вздох.

Кэтлин стояла у кухонной стойки и готови­ла грандиозную закуску. Ее волосы были все еще в беспорядке, губы немного опухли от его поцелуев, а в глазах теплилось воспоминание о том, как они любили друг друга. Она никог­да не выглядела более прекрасной.

Он улыбался, ощущая слабые всплески же­лания. Раньше он думал, что его желание станет слабее, если он хотя бы раз возьмет ее, но все оказалось наоборот. Одного раза не хватило. Вто­рой раз еще больше возбудил его. В третий раз ощущения были острыми, и он снова и снова страстно хотел ее, хотел растворить себя в ней. Кэтлин поставила перед Рэйфом тарелки, доверху наполненные нарезанным ростбифом, картофельным салатом, молодым маисом и сливочными бисквитами с медом.

– Я надеюсь, ты проголодался, – сказала она, улыбаясь, и, поймав его взгляд, отрицательно покачала головой. – Пожалуйста, будь серьез­нее! – воскликнула она. – Погоди. Не так скоро.

– Ты отказываешь мне?

– Нет, но почему бы нам сначала не поесть? Я ужасно проголодалась.

Рэйф взял вилку и подцепил кусок ростбифа.

– Тогда ешь побольше, – посоветовал он, озорно улыбаясь, – тебе еще понадобятся силы.