«Вы уже причастны к делу об убийстве и можете предотвратить еще одну смерть, немедленно согласившись сотрудничать. Телеграфируйте за мой счет полный отчет о причинах, побудивших вас предпринять это путешествие под вымышленным именем. Кто финансировал ваше путешествие и почему».

Теперь, пожалуйста, повторите мне текст.

Клерк выполнил его просьбу. Шейн со своей стороны повторил распоряжение отправить телеграмму немедленно и сразу же связаться с ним, как только будет получен ответ.

— Теперь расскажите мне о втором звонке, — попросил он.

— Мистер Пейнтер позвонил из Майами-Бич примерно час тому назад. Он просил вас связаться с ним немедленно.

Шейн поблагодарил и повесил трубку. Раздался легкий стук в дверь. Шейн подошел к двери и осторожно приоткрыл ее. Это был официант, доставивший заказанный обед. Детектив позволил ему войти, и вернулся к телефону. Пока официант расставлял тарелки на столе в центре комнаты, он набрал номер Пейнтера.

Голос Пейнтера звучал утомленно и обеспокоенно.

— Шейн, я пытался найти вас по делу об отпечатках пальцев, которое вы поручили мне сегодня утром.

— Нашли что-нибудь?

— Больше, чем хотелось бы. Оскар был освобожден из нью-йоркской исправительной тюрьмы три месяца тому назад, где он отбывал заключение по делу о непредумышленном убийстве. Список его преступлений достаточно велик, но в данный момент он чист перед законом.

— Подождите минутку, — остановил его Шейн, — мне необходимо выпить. — Его голова раскалывалась от боли, и следовало прочистить мозги. В сообщении Пейнтера, очевидно, было нечто очень важное. То недостающее звено, которое он так долго искал.

Пока он пытался разобраться с известными ему фактами, из трубки донесся возбужденный голос Пейнтера:

— Ради Бога, Шейн, если вы докопались до чего-то стоящего, дайте мне знать немедленно. Эта кража картины в аэропорту еще более обострила обстановку в управлении. На меня оказывается чудовищное давление. По-видимому, ограбление каким-то образом связано с делом Брайтонов. Газетчики околачиваются здесь с раннего утра. Я должен сказать им что-нибудь.

— Пусть подождут до завтра. Как и договорились, до полудня, — посоветовал Шейн, улыбаясь в телефонную трубку.

События последних дней наконец начинали принимать конкретные очертания в его сознании.

— Обещайте им что угодно, только ни в коем случае не открывайте рта по существу дела, пока я не свяжусь с вами. Будьте спокойны. Получите все в лучшем виде. Не хватает самой мелочи, чтобы воссоздать всю картину целиком. Вы можете помочь мне. Закажите междугородный разговор с начальником нью-йоркской тюрьмы и выясните, является ли Юлиус Брайтон по-прежнему ее обитателем… или уже освобожден на поруки… или вообще помилован.

— Юлиус Брайтон? Какого черта, Майкл?…

— Не осложняйте ситуацию без нужды, — огрызнулся Шейн. — Раздобудьте информацию и перезвоните мне. — Он сообщил свой телефонный номер и повесил трубку.

Суп оказался густым, горячим и чертовски вкусным. Бифштекс, напротив, не оправдал ожиданий. Он был достаточно нежным, но не настолько, чтобы детектив со своим разбитым ртом мог справиться с ним. После непродолжительной, но болезненной борьбы с куском мяса, Шейн махнул на него рукой и заказал вторую порцию супа.

Он как раз заканчивал ее, когда зазвонил телефон. Это оказался Пейнтер, сообщивший, что Юлиус Брайтон был освобожден на поруки по состоянию здоровья за неделю до освобождения Оскара… Пейнтер добавил, что нью-йоркская полиция в настоящее время разыскивает Юлиуса Брайтона, уклонившегося в прошлом месяце от встречи с представителем полицейского управления.