Джек несколько раз нервно моргнул, думая, что его подводит зрение. Но нет, привыкнув к темноте, Джек увидел распростертое на плитах террасы тело Реджинальда. Из-под его головы растекалась темная лужа, похожая на жидкость, какой осьминоги отпугивают врагов.

Во рту пересохло. Джек судорожно сглотнул. Ноги стали ватными. Степлтон словно прирос к месту, не в силах сделать ни шагу. Из тени аркады вышел человек в надетой задом наперед бейсболке и с таким же огромным пистолетом, какой был у Реджинальда. Первым делом человек подошел к оружию убийцы, валявшемуся в десяти футах от мертвого тела, и поднял его. Бегло осмотрев пистолет, человек в бейсболке сунул его за пояс. Перешагнув через мертвеца, спаситель Джека носком ботинка повернул голову убитого, чтобы осмотреть рану. Удовлетворенно хмыкнув, он наклонился, сноровисто обыскал труп и положил бумажник Реджинальда себе в карман.

— Пошли, док, — скомандовал человек.

Джек послушно спустился на террасу. Ступив на площадку, он узнал своего спасителя — это был Спит!

— Что ты здесь делаешь? — Джек с трудом выдавил из пересохшего горла свистящий шепот.

— Слушай, парень, у нас нет времени на болтовню, — отрезал Спит, но, подумав, снизошел до объяснения. — Нам надо поживее рвать отсюда когти. Один из тех хануриков на холме только ранен, скоро здесь будет полно копов.

С того самого момента, как раздался выстрел Спита, у Джека голова пошла кругом. Он не мог понять, каким образом его спаситель оказался рядом в столь трагический момент и почему сейчас Спит торопливо выводит его, Джека, из парка.

Сначала Степлтон пытался протестовать. Бегство с места убийства — уголовно наказуемое деяние, а здесь состоялось двойное убийство. Но Спит не был расположен обсуждать подобные тонкости, и когда Джек, остановившись, попытался растолковать все это своему спутнику, тот не долго думая ударил его в челюсть. Удар был нешуточным — кожа на лице горела огнем.

Джек схватился рукой за ушибленное место.

— За что ты меня ударил?

— Хочу добавить тебе ума, — ответил Спит. — Нам надо как можно быстрее добежать до Амстердама. На-ка, возьми эту матушку. — С этими словами Спит сунул в руку Джека пистолет Реджинальда.

— Что мне с ним делать? — задыхаясь на бегу, спросил Джек. «Это же орудие убийства, — мелькнуло в голове, — его можно брать только в латексных перчатках — это же важнейшее вещественное доказательство!»

— Сунь его под свитер, — приказал Спит. — Пошевеливайся.

— Спит, я думаю, что мне нельзя взять и просто такбежать отсюда, — выпалил Джек. — Ты беги, если тебе надо, и прихвати с собой эту пушку, — протянул оружие Спиту.

Тот взорвался, как пороховая бочка. Схватив пистолет Реджинальда, он уткнул ствол в лоб Степлтона.

— Ты мне осточертел! — прорычал он. — Ты что,спятил? Здесь могут околачиваться «Черные короли». Слушай, я тебе вот что скажу: если ты сейчас не сдвинешь с места свой зад, то я тебя пришью, понял? Я не стал бы рисковать своей черной задницей, если бы мне не приказал Уоррен.

— Уоррен? — переспросил Джек. Дело принимало какой-то сложный и запутанный оборот. Однако он воспринял угрозу Спита всерьез и решил больше не спорить. По играм Джек знал, что Спит — человек весьма импульсивный и ссориться с ним небезопасно.

— Так ты идешь? — спросил Спит.

— Да, — ответил Степлтон. — В этих делах ты разбираешься лучше меня.

— Ну наконец-то, — выдохнул Спит, отдал пистолет Джеку и пинком принудил его двигаться.

Когда они прибежали в Амстердам, Спит начал звонить куда-то из автомата, оставив Джека нервничать около будки.