Девушка вздрогнула и замерла.

Но смерть – дело житейское! Все там будем…

Фирсов решил, что пора работать.

– Гражданин Шмаков, мы застали вас на месте преступления! Это вы убили девушку?

– Нет, не я.

– Никто не хочет сознаваться в убийстве!.. Но пойми, Артур – вот ты, а вот труп. А нам позвонили и сказали, что Шмаков девушку зарезал… Потом это – вооруженное сопротивление! Между прочим, одна «Нива» сгорела, а двое ребят пострадали.

– Я не сопротивлялся. Это петарды для свадьбы. Они сами загорелись.

– Сами?.. Поймите, Шмаков, для суда – это детский лепет… Скажи, Артур, на заточке есть твои отпечатки?

– Вероятно, да… Я брался за рукоятку, когда хотел вытащить.

Майор сделал два шага назад. Там стойко стояли его оперативники, направив четыре пистолета на дрожащего и грязного Шмакова.

Фирсов хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание.

– Значит так, ребята… Я не верю, что это Артур, но все улики против него. Поэтому делаем так… Лейтенант Барсов берет подозреваемого в наручники и везет в отдел… Славин берет понятых и с криминалистами работает здесь… Все остальные – поиск и допросы свидетелей… Всё ясно? Тогда – поехали!

Осип Семенович Штурм имел особняк в районе Зимнего театра. Этот коттедж был построен недавно, но было видно, что строители хорошо изучали историю архитектуры…

Просторный трехэтажный домик вобрал в себя шедевры всех времен и народов!

Здесь было накручено всё – римский портик над фасадом, элементы мрачной готики, веселое барокко с завитушками, окна в стиле «модерн». А вход напоминал крыльцо русского терема. Башенки на крыше были скопированы с замков в долине Луары.

Адвокат Штурм имел хороший вкус, но был веселым человеком. Эту архитектурную мешанину, он называл праздником жизни.

Внутри особняка Осип Семенович тоже не сохранял единый стиль. Он коллекционировал «всё прекрасное»… На стенах коттеджа висели иконы, картины реалистов, импрессионистов, модернистов. На широких полках почти вперемешку стояли шкатулки «Палеха», бронзовые фигурки эпохи Возрождения и яркий советский фарфор довоенных времен.

Как профессионал, Семен Осипович сразу вошел в курс дела. Он верил в честность Шмакова однозначно.

– Я вижу Артема насквозь! Он может пошутить, может рискнуть или нарушить глупые инструкции. Но резать красивых девушек – это не его стиль.

– Я тоже верю Артему, но все улики против него!.. Что делать, Семен Осипович?

– Не надо впадать в панику… У меня, Оксана, были дела и посложнее! Сейчас есть одни улики, так потом будут другие.

– Так вы беретесь за это дело?

– Берусь! И очень крепко… Я должник товарища Шмакова. Пусть люди знают, что я всегда плачу долги!

Последние фразы Штурм произносил из соседней комнаты. Там он переодевался, готовясь к войне на всех фронтах.

Через пять минут он вышел, излучая адвокатский шарм и запах дорогого одеколона… На нем был серый костюм из ткани «с искоркой» и пестрый пышный галстук-бабочка в красных тонах.

Поскольку родственники Артура были далеко, то формально адвоката наняла Оксана. А в бумагах для полицейских следователей была справка из ЗАГС о том, что госпожа Боровик О. Л. является законной невестой подозреваемого.

Более того – она почти жена! Свадьба назначена на ближайшую субботу…

В этот момент проводился допрос свидетеля, и добрый Фирсов на правах хорошего знакомого разрешил присутствовать не только Штурму, но и Оксане… Тем более, что Михаил уже «расколол» медсестру Громову и получил важный козырь обвинения – мотив убийства!

Семен Осипович и Оксана сели так, чтоб видеть лицо свидетеля.