— Да снимите с меня кастрюлю! — сказал Кандул.

В общем, больше бить пакостников я не стал, хотя в дальнейшем руки не раз тянулись придушить гаденышей. Любовь к идиотским шуткам и розыгрышам, в целом свойственная этой расе, у данных конкретных представителей проявлялась в какой-то совсем уже гротескной форме. От них страдали все окружающие. Керкопам, правда, и самим порой доставалось — в ответ. Побить их мечтали все кто имел счастье иметь их в знакомых, и некоторым удавалось воплотить свои мечты в жизнь, хотя обычно ловкие сволочи мастерски избегали поимки. Удивительно, что, если уж кому удавалось их изловить, наказание за свои художества керкопы терпели стойко и флегматично, и даже особо не мстили отличившимся. Много позже, когда узнал их получше, я понял, почему. Все дело в правилах, которые для себя определили карлики. Если уж тебя поймали — значит сам виноват и заслужил наказание. При этом, несмотря на очевидное стремление довести всех окружающих до белого каления, карлики ухитрялись оставаться в живых — вот где настоящий профессионализм. Видимо как-то чувствовали для каждого конкретного разумного границу, за которую лучше не заходить в своих идиотских розыгрышах.

Кроме керкопов с Конрутом пришли еще полторы сотни разумных разных рас. Слава богам, организацию доставки до моей «фермы» взял на себя убийца. Как уж он обошелся я не в курсе, но Конрут уверял, что лишнего внимания они не привлекли. Впрочем, у меня тоже сразу прибавилось забот. Будущих освободителей нужно было накормить, раздать пайки и оружие — тем, кому это требовалось и у кого не было своего. Кроме того, их нужно было распределить на отряды, выбрать командиров… в общем жуткое дело, но, опять-таки, эту часть работы, как более опытный на себя взял убийца. И справился всего за день, вот что удивительно. Конечно, по лицу Конрута было очевидно, что результат его работы оптимизма не внушает от слова совсем, но в наших условиях то, что ему удалось хоть как-то организовать толпу ополченцев уже можно считать чудом. Нам бы хоть несколько дней на притирание и хоть какие-нибудь тренировки, да времени нет. Доставка очередной партии жертв для гекатомбы назначена на сегодняшнюю ночь, когда будет следующая — неизвестно, поэтому дальше тянуть невозможно.

Вопреки опасениям первая часть плана прошла без форс-мажоров. Колонна прошла там, где мы ее и ждали и в нужное время. Исмем, щедро напоенная моей кровью, брела по дороге навстречу движущейся колонне, и, увидев свет приближающихся фар умоляюще протянула руки к локомобилю. Водитель, ошеломленный чарами, остановился возле прекрасной незнакомки, терпящей бедствие. Удачно вышло, что за рулем локомобилей были послушники, а не полноценные чистые, но, во-первых, мы об этом знали, а во-вторых на случай ошибки у нас был запасной план с шипами поперек дороги. Всего в колонне было десять машин, растянувшихся футов на четыреста. Способности Исмем на такое расстояние не действуют, но это и не нужно. Первые четыре машины остановились благодаря ее воздействию, остальные — вслед за лидерами. Чистых, повылазивших из машин, чтобы узнать в чем дело, убили дриады. Как оказалось, жительницы лесов умело владеют духовыми трубками и в ядах тоже разбираются, да к тому же здорово отводят глаза, так что их никто и не увидел. Остальных охранников и водителей поубивали холодным оружием, и быстро — обошлось без единого выстрела. Ничего не понимающих пленников выгнали из локомобилей, после чего в ехавший последним сложили тела. В остальные загрузилась наша «армия», почти вся, кроме трех дриад, которые должны были заняться освобожденными. Оливковые рощи, через которые они поведут людей, конечно, не леса, но все равно здесь дриады гораздо сильнее, чем в городе.