Сегодня было жарко и тихо. На Портянку, несмотря на близость к Петербургу, в здравом уме никто не забредал. Поэтому Витьке Цымбарю по кличке Сивый, который всегда был за любой кипиш, стало откровенно скучно.

— Илюха слева, Горян давай в центре, Князь справа, я наверху. Так, Ибра, тебя бы куда поставить?

— Очень смешно, — ответил голкипер, натягивая свои истерзанные и местами дырявые перчатки.

— Ну че вы там замерли, перед смертью не надышишься, — переминался с ноги на ногу Сивый. — Или задницы свои готовите?

— Начинайте, — крикнул Макс. — Играем до пяти.

Он мельком окинул команду противников. Конечно, всех знал с детства, пацаны местные. И попытался анализировать, как его всегда учил Кулик. Так, первый Витя. С ним все ясно. Криворученков даже с ними футболом занимался, но потом бросил. Данные есть, но ленивый.

Миша Хворостов хороший бегунок, но с техникой беда, не всегда мяч нормально может принять. Валера — средний по всем параметрам: скорости, дриблингу, удару. Но иногда способен выдать такое, что сам удивляется. Сегодня был явно не тот день.

На воротах у них Даня Пузо. Прозвище отражало суть — в свои семнадцать лет Данил Виноградов весил сто двадцать килограммов. И останавливаться явно не собирался. Единственный, кто заслуживал внимания — Сивый. Из академии «Крыльев». Правда, почему оттуда ушел, Макс не имел понятия, а сам Витя не рассказывал. Единственное знали все — характер у него говно. Гонору много, да свое веское мнение он высказывает по любому поводу.

И играет так же, как и живет. Четким единалом. Вот обыграл Макса, сдвинулся на бровку, прокинул Князя, но остановился перед Шихой, пару раз дернув ногой (всегда говорил, что играет, как Рональдиньо) и тут же лишился мяча, отобрали подоспевшие противники.

— Витя, мать твою, я же открыт был! — ругался Криворученков, который действительно стоял один как перст в центре штрафной.

— Не видел, — отмахнулся Сивый. И медленно пошел обратно, а не побежал, в отличие от остальных.

Макс сделал «ножницы», вышел один на один с вратарем и стал сваливаться в правый угол, готовя удар под рабочую ногу. Хотя с Пузом играть бесполезно. С его комплекцией, куда ни бей, всегда в него попадешь. Поэтому Макс ждал, делая вид, что приноравливается к удару. И когда голкипер стал уже выходить на него, мягко отдал пас назад, на набегающего Шиху. Тот пробил так, что чуть сетку не порвал.

— Знаешь, что тебе забыли про футбол сказать? — улыбнулся Макс, проходя мимо Сивого. — Что это командный вид спорта.

— Да я вас и один всех уработаю, — сплюнул Витька.

Развели через Криворученкова, он отпасовал назад, убежал по краю, снова получил мяч и навесил на Сивого. Тот мягко принял на грудь и влупил, что было сил. Но по девятиэтажному мату Витьки и вытянутой руке Ибры, Макс понял, что голкипер успел среагировать.

Плохая подача углового и очередной обрез помогли команде увеличить счет на два мяча. А после перехвата, который произошел сразу за розыгрышем с центра поля, и вовсе на три.

Хотя Сивый все же отличился. Обыграл Шиху, оттолкнул руками подоспевшего Князя и пробил в девятку, издевательски пожав плечами. Мол, ничего особенного, каждый день такое делаю. Кричать и оспаривать гол никто не стал, это дворовый футбол — тут бывает, и с корнями ноги выдирают. Если уж начал играть, то терпи.

Правда, на итоговый результат этот гол престижа не особо повлиял. Последний мяч Макс издевательский забил, перекинув Пузо, растянувшегося в подобии прыжка.

— Пять один. Ну что, господа, на позицию.

Сивый сплюнул, но поперся к воротам. Какой бы характер у Витька не был дрянной, пари есть пари.