– У нас приказ оберегать вас, Ваше Благородие, – сквозь зубы, проговорил штабс-ротмистр.

Фонари светили так ярко, словно здесь сейчас должно было пройти фестивальное шествие. Скорее всего, сказывалось волнение магов. Но именно это обстоятельство позволило мне осмотреть все, включая лица жандармов.

Было видно, что штабс-ротмистр и сам не в восторге от происходящего. И не будь меня, так сразу бросился… А вот куда? Он молодой, тридцати нет. Вот только лицо – белое полотно, без намека на кровавую жилку. Бравый офицер жутко перепуган. И то, что не удрал, а остался здесь выполнять приказ – уже что-то значит.

Совсем рядом раздался стук лошадиных копыт. Из-за угла показался одинокий всадник. Вот только конь у него был необычный. Черный кьярд с лоснящимися боками, горящими углями вместо глаз, распахнутой пастью с высунутым языком, походившим на коварного прислужника у врат Ада.

Я не сразу заметил, что кьярд не скачет по мостовой, а месит крепкими ногами воздух. Ну да, волшебное создание, которому и законы физики нипочем. Под стать своему животному, на кьярде сидел здоровенный дюжий молодец, напоминающий фигурку из Майнкрафта – квадратное лицо и огромные квадратные плечи.

Прошло не больше секунды, а вот всадник уже оказался возле меня, смерив суровым взглядом сверху-вниз, а после сказал всего три слова.

– Граф, нужно уходить.

Наверное, впервые стало обидно, что ко мне обратили без вашблагородия. Потому что все это прозвучало как-то… без уважения, что ли? Нет, я не крестный отец из мемов, но почему-то привык, что с моим мнением считаются.

– А они? – указал я на жандармов, у которых от страха зуб на зуб не попадал.

– Граф, сначала вы, потом все остальные.

Наверное, это могло бы быть началом затяжного и весьма ненужного спора. Могло бы быть, но не стало. Массивная тень неожиданно упала с крыши соседнего дома, погребя под собой и волшебную лошадь, и всадника. Я первый раз слышал, как ржет кьярд. И звук мне этот не понравился. Словно тысячами маленьких коготков провели по стеклу, наложив на это змеиное шипение и львиный рык.

Но еще больше мне не понравилось, когда массивная тень поднялась на четыре лапы и развернулась своей мордой с белыми глазами без намека на зрачки. Ну, здравствуй, материальное создание Разлома среднего порядка.

Глава 21

Начнем с того, что я знал, кто передо мной. Конечно, в учебниках он изображался более схематично, в виде карандашных набросков, но все же общие черты угадывались.

Материальное создание среднего порядка, относящееся к семейству бестий, и именуемое в развитых магических мирах не иначе как Слепец. К бестиям определяли вообще всех, кто хоть как-то походил на диких зверей нашего мира. В смысле, того, имперского.

К примеру, у нынешнего красавца было четыре конечности – мощные задние лапы, на которых именно сейчас Слепец и сидел, и менее развитые передние. Правда, последние компенсировались острыми, широкими у основания и зауженными к концу когтями.

Как можно было понять из названия, это замечательное создание не делало ставку на глаза. Нет, они имелись, только оказались покрыты мутной пленкой, за которой и не видно ничего. И явно главную свою функцию не выполняли. Зато на затылке находились мягкие и крупные ушные раковины, которые в зависимости от необходимости, поворачивались к объекту.

Большие резцы выступали изо рта, поэтому создавалось ощущение, словно Слепец улыбается. Ага, мягкая и забавная зверушка. Почти зайчик, если учесть, что неподготовленного бойца эта мерзость может в считанные мгновения порвать на части.

Правда, в отличии от привычного нам грызуна, Слепца выделяла и безволосая шкура, плотно натянутая на костистое тело. На ярко освещенной улице она выглядела еще бледнее, словно принадлежала мертвому старику, умершему от голода.