В качестве гимнастики он ездил верхом, обычно с Гартом, Танкардом или Бленкоу. Он почти не выказывал интереса к саду, хотя иногда удивлял жену замечанием, показывающим, что Джордж видит гораздо больше, чем предполагала Элизабет. Его подлинные интересы заключались в масштабном планировании. Он хотел расширить подъездную дорожку и установить новые столбы и кованные ворота, намеревался снести две старые корнуольские стены, чтобы улучшить вид с задней стороны дома.

В целом его вкус был хорошим, хотя и с уклоном в формальный стиль. Природный сад, цветочные клумбы, деревенские изгороди, увитые растениями, совершенно ему не нравились. Он предпочитал, чтобы цветы выглядели аккуратно и были посажены рядами или квадратами.

Элизабет рассказала, какая делегация к ней заходила.

Джордж молча выслушал ее и отбросил тростью несколько палых листьев.

— Какая наглость, — наконец сказал он. — Не выношу визитеров, прокрадывающихся в дом, завидев мою спину.

— Думаю, они пытались встретиться с тобой, но Танкард их выгнал. И они, несомненно, решили, что я более мягкосердечна.

— А это так?

— Полагаю, что да. Хотя и не думаю, что доверяю методистам. Их деятельность губительна. Но не стоит пытаться их искоренить, отбирая землю. И если Фрэнсис обещал землю им...

— В пользу этого только их слова.

— Не думаю, что Уилл Нэнфан станет лгать. И тот, другой. Отдаю им должное, их странная секта налагает строгие нормы поведения.

Они дошли до садика пряных трав.

— Их деятельность губительна, так ты выразилась, — сказал Джордж. — И это именно так. Существование такого рода закрытых сообществ губительно, даже если они прикрываются религией. Они сеют радикализм, а часто и якобинство, что, как мы прекрасно знаем, приводит к ниспровержению основ государства и возникновению на его месте кровавой тирании, как во Франции. В глубине души у всех подобных групп одна цель, называют они себя Уэслианским методистским обществом, Надлежащим Обществом  или сторонниками Фокса . И если они жаждут революции, то они изменники, и с ними следует обращаться соответственно. Думаю, мы пренебрежем своим долгом, если позволим им остаться.

— Мне кажется, эта часть сада сильно изменилась с тех пор как уехала Верити. Она проводила здесь столько времени, и сад всегда был ухоженным и с чудесными ароматами. И приносил пользу. А теперь повара рвут листья и одновременно с этим топчут другие растения, а сорняки совсем отбились от рук.

— Об этом тоже следует позаботиться.

— Что ж, тогда мне хотелось бы за этим присматривать, иначе многое попортят.

Они развернулись и направились обратно к дому, Джордж ссутулился и стал еще больше похож на буйвола.

— А кто еще приходил с Нэнфаном? Ты его знаешь?

— Незнакомец. Молодой, крупный, говорил как шахтер. Белокурый, с морщинами на лице.

— Наверное, один из братьев Демельзы Полдарк.

Элизабет окаменела. Джордж с холодным любопытством подметил этот невольный жест.

— Не знала, что у нее есть братья.

— Ты разве не помнишь день, когда крестили ее ребенка, того что умер? Неожиданно объявился ее отец со своим выводком и испортил весь день для горделивой матери.

— Да-да, теперь припоминаю. Почти забыла.

— Ее отец повздорил с Джоном Тренеглосом. Ему не понравилось, что Рут Тренеглос слишком обнажила бюст.

— Но ты точно знаешь, что ее братья теперь здесь? — нахмурилась Элизабет.

— Мне сказал Танкард. Они оба явились из Иллагана. Несомненно, теперь их жизнь стала получше под крылышком зятя.

— Этот совсем не похож на сестру.

— За исключением разве что самомнения.

Они прошли мимо пруда. Несмотря на бегущие через него ручейки и все попытки очистить дно, вода по-прежнему оставалась мутной в тех местах, где ручеек баламутил песок и ил, но чудесный осенний день сказался и на пруде.