Язык чесался сказать «да», ибо наедине с самовлюбленным нахалом оставаться не хотелось категорически, но я отрицательно мотнула головой. Деликатные проблемы следует решать самостоятельно. К тому же, не стоит показывать Ллойду слабость. А присутствие Рейны будет выглядеть именно слабостью. Будто я боюсь встречаться с ним один на один в реальном облике.

— Справлюсь, — процедила я. — Если что…

Руки во всей красе продемонстрировали, как откручивают Ллойду голову.

Рейна только глаза закатила. Но промолчала. И на том спасибо.

По дороге из отсека через общий коридор девичьего блока я успела отрепетировать речь. Мол, нечего шататься ко мне, как к себе домой, если не хочет, чтобы я возненавидела его окончательно и бесповоротно. Однако стоило выйти из блока, как все слова на свете вылетели из головы. Рядом с Ллойдом стоял… новенький вместительный чемодан.

— Это что? — спросила я. Причем сделала это шепотом, сама не понимая причины.

— Подарок, — Ллойд тоже заговорил тихо-тихо. — В смысле компенсация. Я уничтожил твой чемодан. Это новый. Взамен сгоревшего.

Я молчала, не зная, что ответить. Растерялась до жути от неожиданности.

— А еще новостями хотел поделиться, — добавил Ллойд, глядя непривычно кротко. Даже брови перестал сводить, как вечно это делал. — Я говорил с отцом. Отдал ему карту. И о Кларисс с Гареттом сказал. Педагоги этого пока не афишируют, но скандал поднялся знатный. Лорд-заместитель, когда пришел в себя, пытался отнекиваться, мол, не было у него ничего с Кларисс. Однако потом признался. Леди Армитадж в ярости. Требует уволить Гаретта. Отец в раздумьях. Для увольнения нужна веская причина, а он не хочет делать роман педагога и студентки всеобщим достоянием.

Я передернула плечами.

— Так сделай достоянием ты. Пусти слух о сладкой парочке. Если все на факультете узнают правду, лорду-ректору придется избавиться от Гаретта.

Ллойд вытаращил глаза.

— Добрая ты, однако. Хотя идея неплоха. Все вокруг напуганы. Думают, Кларисс похитили из спальни. Студенты имеют право знать, как обстоят дела на самом деле.

Я сложила руки на груди и прислонилась к стене.

— Да, я добрая, — проговорила жестко. — И раз ты удивляешься, значит, совершенно не представляешь, кто я.

— Я не… — начал Ллойд, но оборвал сам себя.

Из блока вышли три девицы и, увидев, как мы разговариваем, захихикали, а одна и вовсе пробурчала под нос нечто о неразборчивости некоторых парней.

Меня будто по лицу ударили.

Да сколько можно кривиться, будто я хуже грязи?!

— Не обращай на них внимания. Они просто…

Ллойд снова вынужденно замолчал, ибо из глубины коридора, в котором скрылись подружки, раздался визг, а следом топот трех пар ног. Девицы уносились куда подальше, продолжая вопить.

— Что это было? — спросил Ллойд, подозрительно прищурившись.

Он заметил мою ухмылку и сообразил, кто виновник переполоха.

— Ничего особенного. Просто теневые мышки. Изнеженные студентки такие нервные, что даже и не поняли, что они ненастоящие.

Ллойд весело хмыкнул.

— Умеешь ты преподносить сюрпризы, дрозд.

— Велела же не называть меня так, — напомнила я ворчливо. — Кстати, раз считаешь мои действия сюрпризом, это еще одно доказательство, что…

— Я знаю тебя, дрозд, — перебил Ллойд, упрямо называя меня прозвищем из сна. — Это все в твоем стиле. Просто… просто я пока не привык совмещать в голове две твои ипостаси. Подвиги, на которые способна дрозд, пока не очень вяжутся с Келли Корнуэлл.