— Не так уж и много, — подтвердила она мои тайные мысли. — Но кое-что все-таки стоишь!

— Ну, а если конкретнее?

«Почему анекдоты есть про все, кроме ведьм? — думал я тогда. — Про всех есть, а про ведьм что-то не слышал!»

— Пять тысяч, — коротко пояснила она, а потом запрокинула голову и воззрилась на пустое серое небо.

— Рублей?

— Ну не долларов же, — Ольга чуть-чуть улыбнулась, — ты слишком высокого мнения о себе.

— Есть немного. Верну, — честно обещал я, и зачем-то ударил себя кулаком в грудь. Спина отозволась тупой надсадной болью — последствия милицейской дубинки.

— Да, уж, пожалуйста. А то совсем на бобах осталась, и до зарплаты еще дожить как-то надо.

— Вот, возьми сразу, а то можем забыть. Мы пешком пойдем?

— Да, пешком. Метро закрыто, транспорт не ходит, а такую ночь пропустить будет нечестно и неправильно.

— А туда тебя подвезли? А ты-то как быстро доехала.

— Я-то? — переспросила она.

— Ты-то! — и мы оба хором засмеялись, вспоминая комедию Гайдая.

— Какой-то мужик подвез, — кивнула она. — Так хотела остановить машину, что первый же частник согласился. Иногда у меня получается. Если чего-то очень хочу, то это случается. Ну, если это вообще может произойти. Но я не могу среди зимы сделать лето или из свинца — золото.

— А сейчас не можешь сделать?

— Ты о чем? — не поняла она. — Сделать что?

— Остановить какую-нибудь подходящую машину?

— А ты ее видишь? Подходящую? — Ольга демонстративно повела рукой. — Да и не хочу я. Пойдем пешком? Прогуляемся… Знаешь, в детстве я думала, что если наступить на трещины на асфальте, случится несчастье, а водитель крутит руль туда-сюда, чтобы машина ехала.

— А я тогда думал, что если наступить на иголку, то она вопьется, дойдет до самого сердца, и тогда умрешь, — пробормотал я, судорожно придумывая тему для долгого разговора: мы же только через дневники и общались и по и-мейлу иногда. — Да, а почему ты ментов не заговорила? — вдруг спросил я.

— Как это — заговорила?

— Ты же умеешь как-то влиять на людей.

— Умею иногда, — кивнула девушка. — Но на одного. А там их целая куча. И потом, когда нервничаю, то у меня плохо получается. Хотя… ментовский капитан взял же деньги. И тебя выпустил. — Она вдруг сменила тему. — Ты давно на дневниках?

— С осени, — признался я. — Не очень давно.

— А зачем тебе это нужно? Если не хочешь, не отвечай, но мне не совсем понятно. Правда.

— Я же уже говорил тебе. Или не говорил? Не помню. Так вот, я хочу стать писателем, хочу набить руку, отработать стиль… И потом. Просто очень интересно. Постоянно общаюсь с кучей разных людей, с новым народом, с теми, кто мне не так уж и приятен, и наоборот… Много необычных личностей. Где в реале таких найду? А тут — нет проблем. А вот… Странно. Надо у психологов спросить.

— Спроси, — почему-то недовольно буркнула она.

— Как-нибудь попробую. Вот смотри. Знакомлюсь с кем-то в чате, и мы так и остаемся знакомыми по Интернету. Теперь уже почти никогда не соглашаюсь встречаться. Потому, что подобные прецеденты уже были. Слышала про синдром аськи? Это типа когда двое знакомятся в Интернете по аське, по дневникам или по чату — без разницы.