— Он так и не вынырнул. Я сорвал коньки и бросился в воду… Честно говоря, я не помню, что было потом. Вода была такая холодная… я, видимо, сразу потерял сознание от шока. Меня вытащили подбежавшие ребята. Придя в себя, я начал вырываться, пока не посинел от холода — хотел снова прыгнуть в полынью… потом двоим удалось скрутить мне руки, а третий уселся мне на грудь и все повторял и повторял, как заклинание: «Успокойся, парень, успокойся…»

Дженни беспокойно пошевелилась, словно, сочувствуя пережитой Браво трагедии, не могла больше лежать неподвижно.

— Я столько раз снова и снова в мыслях возвращался к этому дню, — продолжал он, — и до сих пор не могу отделаться от чувства, что, если бы они не оттащили меня, возможно, я спас бы Джуниора…

— Но ты ведь и сам понимаешь, что это не так. — Дженни приподнялась на локте и посмотрела на него сверху вниз. Глаза ее блестели от навернувшихся слез. — Должен понимать… Ты сам сказал, что сразу потерял сознание от холода. А твой брат был к тому же в тяжелых коньках, они тянули его вниз… Шансов не было.

— Шансов не было, верно… — Его голос замер, слившись с шорохом воды, тихо плещущейся у стен отеля.

— Ох, Браво, — прошептала она, — тогда ты и потерял веру, да?

— Он был моим младшим братом. Я должен был присмотреть за ним…

Она покачала головой.

— Тебе было всего пятнадцать.

— Достаточно много.

— Достаточно много для чего?

— Теперь все это кажется таким глупым, эгоистичным… И ведь все равно эта девушка никогда бы не обратила на меня внимания. Она была старше на три года.

— Разве мог ты понять это тогда? В твоей крови бушевали гормоны.

Он поднял на нее глаза.

— Ты правда так думаешь?

— Да. — Она положила руку ему на грудь, и чуть было не отпрянула, пораженная тем, как неистово колотилось его сердце. — Правда.

Спустившаяся ночь мало-помалу убаюкала их, и они заснули, обнявшись, среди неутомимо продолжающих свой бесконечный бег загадочно мерцающих бликов.

Глава 15

Их разбудил пробивавшийся в комнату слабый утренний свет или, может быть, мелодично выкрикивающие что-то лодочники. Звучные голоса разносились над водой, напоминая перезвон церковных колоколов. Выглянув в окно, Браво обнаружил, что на улицах вовсю кипит повседневная жизнь средневекового города. По каналу сновали туда-сюда лодки, катера, небольшие паромчики. Небо сливалось с гладью лагуны, граница была неразличима, — всюду бескрайняя, переливающаяся синева.

Дженни тоже подошла к окну, и они еще немного понаблюдали за тем, как вставало туманное утро на фоне глубоких цветов венецианских palazzi — красной и желтой охры, коричневой умбры и нежно-розового, сияющих, точно сошедшее на землю солнце.

Приняв душ и одевшись, они спустились вниз и с облегчением выяснили, что Берио еще не приходил. Спешно покинув отель, они вышли на небольшую и очень живописную площадь, окруженную множеством пока закрытых магазинчиков. Браво повел Дженни в маленькое кафе на одной из ближайших боковых улочек. Внутри было сумрачно, под потолком сходились низкие балки, словно удерживая в этом месте дух давно ушедших эпох. Браво выбрал столик возле одного из маленьких окон с деревянными рамами, выходящих прямо на канал.