Как оказалось, немного от джентльмена в нем все же есть.

Ага. Именно так. А не потому, что он до смерти хотел попробовать ее…

Но ее руки потянулись к ремню.

Он застыл и накрыл ее руки своими, останавливая Рэйли.

— Если я сниму штаны, — сказал он хрипло, — то не смогу выждать ни секунды.

С нависшим над ней огромным телом Века, разум Рэйли сосредоточился на одной единственной мысли… стянуть его штаны вниз.

— Я не хочу ждать.

— Ты уверена? — его голос был гортанным, едва слышным.

Вместо ответа, она скользнула рукой между ними и обхватила его эрекцию. В мгновение, когда произошел контакт, он выругался на резком выдохе, его тело прижалось к ней, мягкая ткань брюк совсем не скрывала напряженной длины.

— Я хочу увидеть тебя, — хрипло потребовала она.

Ей не пришлось просить дважды: быстрыми, беспорядочными движениями рук, он принялся расстегивать ширинку, а ремень вытянула именно она. Потом они вместе занялись его боксерами, освобождая…

Его эрекция гордо выпирала из бедер, и он опустил веки, наблюдая, как Рэйли обхватывает его плоть.

Матерь Б…

Ну, ей пригодиться словарь, полный синонимов к слову «величественный», не так ли? И можно с уверенностью сказать, что если раньше она была впечатлена, когда увидела его в ванной в первую ночь, или чувствовала сквозь одежду тогда, на кухне, то сейчас, видя его полностью обнаженным и готовым к действиям, она совсем обезумела. И не только его член был достойным созерцания: его грудь была такой же гладкой и мускулистой, какой она помнила, пресс восхищал, два ряда кубиков спускались к тазу и его…

— Черт…

Когда она обхватила его, ладонью к коже, Век сильно задрожал, и ей понравилась та власть, которой она сокрушала его мир. И — о, Боже — он был широким и длинным, пульсировал и подрагивал в ее хватке, когда она ласкала его.

Она никогда не забудет это, подумала Рэйли. Его, нависшего над ней, с обнаженными зубами, голова запрокинута, огромная грудь напряглась в попытках обрести контроль. Это — самое сексуальное, что она когда-либо видела. Изучение — добродетель… но она хотела его на глубочайшем уровне прежде, чем тщательно изучить все его особенности.

Хотя, формулируя таким образом…

— Твой кошелек? — она видела, что он хранил в нем, когда держала его бумажник в том лесу… и тогда презервативы смутили ее. Сейчас она была благодарна, потому что, Бог свидетель, у нее не было ничего такого. И нет нужды углубляться в размышления, почему мужчина всегда должен быть наготове. К тому же, не то, чтобы она не знала об этой его стороне. Она стала свидетелем реакции Бритни, спасибо великодушное.

— Сейчас! — воскликнула она.

Еще одна вещь, о которой не требовалось просить дважды. Когда он нащупал брюки и вытащил кошелек, она приподняла бедра и стянула трусики… так что была готова, когда он поднял руку, презерватив был зажат между указательным и средним пальцами.

Он помедлил, будто давал ей возможность приглядеться к нему.

Она не колебалась. Сев, Рэйли забрала у него пакетик из фольги, прокусила с краю и вскрыла его.

Он застонал, а потом сказал, — Я могу…

— Нет, позволь мне.

Практичность никогда не была столь эротичной. Она прекрасно управилась с ним, поглаживая и одновременно укрывая его эрекцию, тем временем он отклонился назад, перенеся вес на руки. Она ласкала Века, и его взгляд пылал, и когда Рэйли потянула его на себя, он зарычал… и поцеловал ее так, как умел… с доминантностью, которая исходила из точного знания того, что он мог сделать с женщиной.