Вновь всплыли воспоминания тех самых боёв у Холма, где от трупов приходилось очищать пространство дабы можно было продолжать в бой, иначе все было устлано телами. И сейчас похожая картина: кровь, примятая трава, много стрел, мечей, разорванные кольчуги. И ладно бы, если бы это были булгары, они всё-таки не всегда похожи внешне на славян. Но я видел тела русичей, наблюдал за стонущими от ранений славянами, которых уже связали. Сейчас здесь на булгарской земле русичи воевали с русичами, конечно же, меня это коробило и злило. До коле это будет продолжаться?

Однако, не бывает нации, которая всегда светлая, всегда добрая, отзывчивая, гуманная, вся такая с набором лучших качеств. Нация — это сборище людей, объединённых по ряду признаков, но при этом, это всё-таки отдельные люди, те люди, которые имеют собственное понимание жизни, собственное увлечение.И, порой, эти увлечения могут быть весьма и весьма кровавыми. И нет народов, где бы не рождалось хитрецов, интриганов. На Руси наибольшая концентрация таких вот хитруганов в Новгороде.

И вот в интригу, по ходу, я и попал. Во время переходов мы уделяли большое внимание разведке, как бы и не избыточное. Хотя в этом деле переборщить сложно. Но почти шесть сотен воинов собирали разведданные, как в глубине, так и по всем сторонам от войска.

Поэтому узнать, о том, что где-то рядом с нами находится немалый отряд непонятных людей, явно настроенных недружелюбно, так как вооружены были они до зубов, оказалось не сложно. Сложнее было не обнаружить себя, то, что мы знаем о таинственных гостях. Но войны Стояна были на то и профессионалами, чтобы понять, увидеть, распознать, доложить. Когда ко мне пришёл Стоян и сказал, что где-то рядом снует русский отряд численностью более ста человек, я подумал, что это люди от великого князя.

Ну, логично же было бы, чтобы Изяслав Мстиславович всё-таки прислал своих соглядатаев, чтобы те смотрели, что же мы делаем. Нет, официальный представитель от великого князя был, он и советы давал и, в принципе, участвовал вполне деятельно в походе. Не мешал, но все фиксировал. Однажды я выделил ему людей, чтобы они доставили Изяславу доклад.

Однако, я не исключал того, что будут и некие тайные разведчики, которые станут смотреть, например, сколько Братство угнало людей, сколько Братство взяло добычи и всё такое. Особо скрывать свою добычу, которую еще следует захватить, конечно же, я не собирался. Однако, князю сей факт мог быть неочевиден. Но скоро стало абсолютно ясно, что люди эти не следят за передвижением моего войска, они следят за мной. Возле них были установлены сразу два тайных дозора, отслеживающие любые передвижения тайного отряда.

В итоге, когда один из моих ближних людей под покровом ночи вышел из лагеря, то это уже ожидалось и его стали вести. Веснян не был столь проворным и столь мудрым в тайных делах воином, поэтому он в итоге попался. Он встречался с одним из представителей славного города Великого Новгорода. Уж кто-кто, а Веснян должен был ненавидеть новгородцев. Но, как стало очевидным для всех посвященных, кроме меня, я же надеялся на честность своего адъютанта почти что до конца.

Но мы, безусловно, были готовы к тому, что может произойти дальше.

Да, меня уговаривали, чтобы я не лез в это дело. Обещали, что возьмут отряд новгородцев сами и чуть ли невредимыми, дабы я мог сам их пытать. И это было не такой уж сложной и нерешаемой задачей для большого войска, коим я располагал. Обложить их всюду и взять, да хоть бы и ранеными, хоть бы и живыми или мёртвыми, но это не проблема. Сложности заключались в том, чтобы после нужно доказать причастность того же самого Новгорода к подготовке покушения. Ведь ясно, что новгородцы моментально открестятся от того, что это были их люди, никаких весомых доказательств нет, ничего не произошло. Поэтому я и предположил, что нужно брать разбойников с поличным сразу за горло. И мой уже бывший соратник и почти друг должен был выжить.