Василевс с некоторым удивлением посмотрел на своего военачальника, прекрасно располагая данными о состоянии византийского войска. Куда больше Византия могла бы предоставить в этот поход. Уже то, что на стороне византийского императора готовы выступить не менее пяти тысяч наёмных варангов, говорило в пользу того, что к озвученным цифрам военачальник может прибавить даже не пять тысяч, а все пятнадцать. Ведь кроме варангов, есть иные… Даже рыцарские отряды есть, которые нанялись к василевсу.

В последнее время армия Византии несколько увеличилась, причиной было то, что элементарно на это нашлись деньги. Не так давно случившееся разграбление Венецианского квартала в Константинополе принесло в казну немало золота и серебра, а также некоторое количество вооружения. В людях же в Империи особого недостатка не было.

А еще, оказалось, что те невероятные льготы, которые даровались Венеции, сильно уменьшали подати в казну. Генуя и Пиза, которые частью заменили Венецию без льгот платят уже в разы больше.

— Что скажешь ты, воевода Братства? — задал мне вопрос василевс.

Это было несколько неожиданно. На протяжении всего совещания, на меня будто бы и не обращали внимания, словно я и не готов участвовать в мероприятии. Я — не готов! Но это же не означает, что Братство не будет. Даже русского посла в Византии Ивана Гривня, и того спрашивали, сколько тесть, великий киевский князь, пришлет своих войск.

Я не стал сразу отвечать, сделал многозначительное выражение лица, показывая, будто бы пребываю в сложных размышлениях. На самом деле, нет. Я уже провёл ревизию, так сказать, филиала братства в Византии, и пришёл к выводу, что войско, которое может быть отправлено в Египет, даже немного больше, чем я предполагал.

Дело в том, что тысяцкий Геркул неплохо спелся с сербскими потенциальными сепаратистами. Братство стало своего рода полигоном для отработки военных действий против самой же Византии, а также для подготовки Сербского войска. Не сказать, что я исключительно против подобных решений, сам думал о чем-то подобном, но именно сейчас, или даже через два, пять лет, я не хотел бы, чтобы Византийскую империю сотрясали восстания. Между тем, семь тысяч воинственных сербов, что сейчас обучались на территории Сербии и частично Болгарии, — отличное подспорье для увеличения войска православных крестоносцев. Учитывая, что я им привез изрядное количество новых броней, да и Евдокия изрядно Братству помогала, сила получилась серьезная.

— Василевс, — я обозначил поклон. — Буду говорить и за себя, и за тестя твоего, великого князя Изяслава Мстиславовича. Посол не все знает, а киевский государь дал мне наставления. Русь и православное Братство Первозванного апостола Андрея готовы выставить в поход десять тысяч своих ратников.

— И я тебе волю свою являю, воевода, кабы основу того войска, что ты готов выставить, если всё же я приму участие в крестовых войнах, составить из сербов, — поспешил сказать василевс.

Император недвусмысленно намекал мне, что прекрасно осознает, что происходит в сербских окраинах его державы. Он понимал это, но пока не предпринимал никаких решительных действий, что говорит о некотором моём долге перед василевсом. А ведь мог же разогнать лагеря, да и наказать всех причастных к подготовке сербской молодежи к военным действиям. Перекрыть мне доступ к имперским рынкам и вовсе запретить появляться в Константинополе.

— Я услышал тебя, василевс, — сказал я, вновь обозначая поклон и присаживаясь на свою лавку.

Хотя я бы не назвал то, на чём сижу, именно лавкой. Это своего рода был диван человек так на шесть, с мягкими подушками, подседалищем и общими спинками, покрытый дорогой парчой. Всё это совещание происходило в старом императорском Константиновом дворце, где куда как просторнее, а также убранство выглядит более величественно, чем в новом дворце, если, конечно, сюда перенести немало атрибутов императорской власти.