Когда я снова пришла в себя, меня охватила паника. Моя голова лежала на столе, ручка упала и капала чернилами на руку. Я посмотрела на часы: 5 утра. Я проспала четыре часа.

Зелье.

Смесь.

Я оставила её без присмотра.

Я прыгнула к столу, опрокинув стул. Дыма больше не было, а чешуйка рога исчезла. Я всматривалась в содержимое чугунка: что я там обнаружу? Но смесь поразительно походила на жидкую субстанцию. На поверхности плавала оболочка чешуйки рога, которую пришлось выловить ситечком.

Надев рукавицы, я сняла чугунок с огня и выключила горелку. Я чуть не уронила его, когда увидела цвет. Безупречно алый, в точности такой, как показали в новостях ЗА. Как мы представляли бы себе приворотное зелье. И, если бы не мои последние догадки, я бы тоже сочла его безупречным.

Но я знала, что это не так. Настал момент добавить последний кусочек пазла, истинный завершающий ингредиент. Из ящика в дальнем углу мастерской я достала необычный серебряный нож с длинной рукояткой. Осторожно держа его двумя пальцами, вернулась к столу.

Я поднесла ладонь к краю сосуда.

– Готова? – громко обратилась я к себе. У меня скрутило всё внутри, но я старалась сохранять спокойствие. Это всего лишь лёгкий порез. Его моментально исцелит элювианский плющ. Йети ранил меня гораздо глубже. Меня кусали вампиры. Я не умру от какого-то надреза.

Я провела ножом по руке.

Он едва коснулся кожи – и вот уже кровь скапливается в углублениях на ладони. Я сжала руку в кулак и следила за тем, как капля крови падает в смесь. И там, куда она попала, появился цвет индиго.

Я заворожённо наблюдала за результатом своей работы, когда дверь в мастерскую раскрылась. Я думала, что вернулся дедушка, но это была мама. Вся растрёпанная, в ночнушке и тапках.

– Ты уже слышала?

– Что?

– Синтетическое зелье прошло все их тесты. Они сейчас дадут его принцессе.

– Нет! – закричала я. – Нет, им нельзя!

– О господи, Сэм, что с твоей рукой?

Я только сейчас увидела, что кровь течёт тонкой струйкой. Я раскрыла ладонь, и мама кинулась на помощь, схватила кусок ткани и зажала рану.

– Мама, ты не понимаешь, – я уже забыла о раненой руке. – Они не могут дать ей это зелье. Оно не сработает. Оно лишь уничтожит её окончательно. Я приготовила настоящее зелье.

Я повернулась и взяла со стола чугунок. Но вместо жидкости, которую я ожидала там увидеть, смесь превратилась в порошок цвета густого тёмного индиго.

– Ты уверена? – Мама переводила взгляд с моего лица на чугунок и обратно.

– Я ни в чём не была так уверена за всю свою жизнь.

– Тогда лучше поспешить.

Я выбежала из мастерской, по дороге захватив с кухонного стола бутылку с водой. Я задержалась ровно настолько, чтобы смешать с водой чайную ложку порошка. И поспешила к экрану Вызова. Если не сделать всё вовремя, принцесса погибнет безвозвратно.

Оказавшись у экрана, я сперва коснулась его робко, потом сильнее, пока не принялась лупить ладонью по холодной поверхности.

Я выкрикивала имя Ренела, но, даже если он был там, даже если слышал, он не отвечал.

– Ренел! – снова закричала я. – Вы чудовищно ошибаетесь! Зелье ЗА неправильное. Вы отравите её!

– Он тебе не ответит, – сказал дедушка. – Идём со мной.

Я ничего не могла сделать, кроме как послушаться его, хотя всерьёз собиралась бегом мчаться во Дворец и кричать у ворот, пока меня не впустят. Я последовала за ним в спальню, где царил такой же порядок и хранилось множество книг, как в мастерской алхимика.