— Вам незачем извиняться, мистер Савини, — сказала она, — мой отец спит, он рано ложится, поэтому мы можем свободно говорить.

У Юлиуса было свое мнение на этот счет, но он не стал его высказывать.

— Я хотел знать, не потеряли ли вы носовой платок! Мой старик отдал мне строжайший наказ выяснить это дело. Он вел себя очень странно сегодня вечером… Когда узнал, что вы и мистер Хоуэтт поселились в «Леди Мэнор».

И Юлиус рассказал то, чему был свидетелем. По мере рассказа глаза Валерии заблестели.

— Значит, это верно! — воскликнула она. — Это должно быть верно! Он вел себя так потому, что в нем заговорила совесть. С чего бы ему так волноваться при упоминании моего имени?

— Я тоже задавал себе этот вопрос! В чем тут причина, как по-вашему?

Но Валерия не собиралась отвечать.

— Ну, а как с платком? — спросила она. — Я потеряла один платок неделю тому назад, а может быть, немного раньше. Один из шести, заказанных мной в Париже. Вы нашли его?

Юлиус кивнул.

— Его нашли в Гаррском замке! — произнес он с расстановкой. — В ту ночь, когда Беллами стрелял в привидение. Платок был пропитан кровью…

Валерия в изумлении уставилась на него.

— Мой платок — в Гаррском замке? Не может этого быть!

Юлиус подробно описал изящный платок.

— Постойте! — девушка выбежала из комнаты.

Немного спустя, она вернулась, неся что-то в руках.

Юлиусу достаточно было одного взгляда, чтобы узнать платок, найденный Уилксом в кладовой замка.

— Но это же замечательно! Я просто потеряла его в тот день, когда мы переезжали в «Леди Мэнор». И обнаружила пропажу в автомобиле, когда возвращалась домой.

— Извините за этот вопрос, мисс Хоуэтт… Ведь я знаю, как вы интересуетесь мистером Беллами. Вы не подходили к замку?

— Нет! — голос ее звучал решительно. — Я совершенно уверена, что потеряла платок еще в «Леди Мэнор». Отчетливо помню, что он был у меня, когда я подъезжала к дому.

— Это все, мисс Хоуэтт, — Юлиус встал. — Старик хочет, чтобы я достал у вашей горничной другой такой платок. Почему он так волнуется, не знаю.

Посетитель уже остановился в дверях, когда она напомнила ему о своем долге.

— Это не так важно, мисс Хоуэтт, — сказал Юлиус, пока она отсчитывала бумажник, — у меня такое чувство, что я вообще не должен получать от вас денег.

— Работник заслужил свою плату, — сказала она с улыбкой.

Он не знал — принять ли это замечание как комплимент.

Оставшись одна, девушка стала обдумывать свои будущие действия.

В душе ее происходила борьба, она решила пойти путем, который, если рассуждать логически, не только грозил большой опасностью, но и заранее был обречен на неудачу.

Решение это она приняла наперекор предупреждениям Джима Федерстона. Здравый смысл говорил ей, что непрошеному гостю невозможно проникнуть в замок… А если бы и попала туда, что бы ей удалось найти? Особенно это опасно теперь, когда он знает или догадывается, кто она такая. Однако Валерия собиралась пойти на это.

Ее отец, по-видимому, крепко спал, и девушка сидела в своей маленькой гостиной, стараясь убить время. Готовясь к экспедиции, она надеялась, что близорукий мистер Хоуэтт не заметил, что вечером на ней был тот же костюм для гольфа, что она надевала днем.

Когда последний слуга ушел спать, Валерия вышла в сад и, посветив электрическим фонариком, нашла дорогу к стене и к двум легким лестницам, которые еще раньше принесли по ее приказу рабочие, ремонтирующие крышу.