Логично использовать то, что уже хорошо получается. У него это ментальная магия, трансфигурация и чары начального уровня. Первое отпадает, поскольку невозможно остановить стихийное или техногенное бедствие с помощью внушения. Последнее отправляется в топку по банальной причине — чары начальных курсов Хогвартса ничем не помогут в спасении. Остаётся трансфигурация, в которой он неплохо продвинулся.

Итак, с выбором магического направления он определился. Осталось найти ответ на главный вопрос дня: что и во что нужно трансфигурировать, чтобы невероятный мощности взрыв не повредил им с Эсмеральдиной?

Он достиг дерева, если можно так назвать то, что встреча произошла на большой скорости. Затормозить Игорь не успевал, поэтому врезался в ствол, доломав те кости, которые не успели треснуть от безумного бега. О повреждении внутренних органов при такой встрече лучше не думать. Если свернуть мысли в это русло, то о любом использовании магии можно забыть, поскольку он свалиться от жуткой боли.

Обхватив ствол руками и зафиксировав их, чтобы контакт со стволом был максимальным, он скользнул в окклюментный транс и почувствовал энергию дерева. По тонкому каналу он скользнул разумом в свою настоящую обитель. Стоило лишь начать, как канал расширился и стал стабильным. В его сполотское тело потекла река маны в смеси с праной, отчего резко ускорилась регенерация. Раны на глазах начали исцеляться. Но травмы последнее, что в настоящий момент интересовало парня. Он готовился к касту заклинания с использованием огромного количества маны, которую принялся в себя втягивать по каналу из корневой системы, окутывающий материк.

Мана ни на что не похожа. Её свойства до сих пор загадка как для земных магов, так и для Игоря. Она повсюду, но при этом волшебник может распоряжаться лишь тем, что способен в себя вобрать. Мана в окружающем пространстве словно кислород: его вроде бы много и он повсюду, но получить можно лишь тот объём, который помещается в лёгких при вдохе. Аккумулировать её выходит лишь в теле волшебника и волшебных существах, артефактах или как в случае Игоря, в корневой системе и стволах своего основного древесного тела. Этой маной он мог распоряжаться, но не всей, а лишь той, что поступала через связной канал. Но её столько много, что ни один Великий волшебник в жизни не выдаст.

Вроде все условия выполнены. Мана в наличии, волшебник имеется, а вот что трансфигурировать он так и не придумал. До столкновения оставались считанные мгновения.

Попочуйка подсказала, что дальше медлить нельзя. Мягкое место словно вопило во всё горло: «Хватит думать, пора действовать!». Возможно, это не место под хвостом кричало, а симбионт пытался достучаться до хозяина.

Прекратив пытаться что-либо придумать, Игорь использовал ствол дерева в качестве волшебной палочки. Всю накопленную в себе ману он выпустил в ствол рывком, отчего у него заболело всё изнутри так, будто все зубы разом решили порадовать тело болью от воспалённых нервов. Казалось, болела каждая клеточка тела.

К его Мане добавилась мана и прана дерева и всё то, что способны были пропустить корни от других растений.

— ЭСКУРО! — выдал хриплый возглас он.

В тот же миг в небо устремился прозрачный луч толщиной с полуметровое бревно. Он прорвал энергетический купол, словно того и не было. В следующий миг луч чар для уничтожения мусора столкнулся с гигантским обломком линкора, тень от которого накрыла весь парк и главное здание резиденции. После попадания луча огромный кусок звездолёта в одно мгновение бесследно исчез. Но осталась вызванная им волна нагретого воздуха и мелкие обломки, которые могли наделать дел. Игорь зажмурился и ожидал падения обломков, но прошла секунда, вторая, третья, а он ничего не почувствовал.

Распахнув глаза, он рассмотрел защитный купол, на поверхности которого расцветали маленькие взрывы от попадания мелких корабельных обломков.